Последний Главковерх Российской армии генерал Н.Н.Духонин и названный внук его вдовы протоиерей РПЦЗ(В) Н.Семенов
Послано: Admin 03 Дек, 2005 г. - 15:29
Белое Дело
|
В дополнение к публикующемуся ниже очерку (в небольшом сокращении) о последнем Верховном Главнокомандующем Российской армии генерале Н.Н.Духонине на годовщину со дня его рождения интересно указать, что не кто иной, как настоятель брюссельской общины РПЦЗ(В) во имя Царя-Мученика Николая Александровича протоиерей Николай Семенов является названным внуком вдовы этого легендарного русского патриота-генерала.
Дело в том, что после зверского убийства красными генерала Н.Н.Духонина его вдова Наталья Владимировна с 1921 года стала в эмиграции начальницей Мариинского Донского института благородных девиц в югославском городе Белая Церковь (см. подробнее Мариинский Донской Институт). Здесь училась мама протоиерея Н.Семенова – урожденная Алла Алексеевна Бехтеева, племянница знаменитого поэта-монархиста С.С.Бехтеева, дочь его брата Алексея Сергеевича. Н.В.Духонина взяла ее приемной дочерью, или – названной, как говорили по-старорусски. Потом Н.В.Духонина с Аллой Бехтеевой, будущей мамой о.Н.Семенова, вместе уехали во Марокко, где Наталья Владимировна скончалась. Ее могила в Марокко рядом с упокоением деда отца Николая – Алексея Сергеевича Бехтеева.
А являющийся таким образом названным внуком вдовы генерала Н.Н.Духонина протоиерей РПЦЗ(В) Николай Семенов, настоятель брюссельского Храма-Памятника Царю-Мученику с 1988 г. по 2001 г., – родной внук императорского главноуправляющего архитектора Петергофа; один из предков отца Николая дрался флотским офицером при Цусиме и потом написал книгу "Расплата". Батюшка внучатный племянник не только "царского поэта" С.С.Бехтеева, а и графа Г.П.Ламздорфа, недавно умершего в Испании, их общий предок граф В.Н.Ламздорф - министр иностранных дел (1901-06 гг.), член Госсовета (с 1906 г.). Дядей доводится отцу Николаю предыдущий ему настоятель Храма-Памятника протоиерей Димитрий Хвостов, прослуживший там 17 лет, тут их общий предок Н.Н.Хвостов - нижегородский и вологодский губернатор, министр внутренних дел (1915-16 гг.), член IV Госдумы Империи.
Трудился же отец Николай Семенов до того, как получил священство в РПЦЗ, сначала 8 лет землеустроителем в Марокко. Потом переселился во Францию и работал в русской эмигрантской газете "Русская Мысль". Более подробно об отце Николае и других наследниках Белоэмиграции читайте в очерке «В ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКИХ ПРИХОДАХ РПЦЗ(В)» http://cherksoft.narod.ru/mtc27.htm
В.Черкасов-Георгиевский
+ + +
С.Базанов «ГЕНЕРАЛ ДУХОНИН – ПЕРВАЯ ЖЕРТВА ОКТЯБРЯ»
В годы Гражданской войны у красных появилось много расхожих выражений, обозначающих расстрел, "высшую меру" и т. д. Пожалуй, одним из первых было "отправить в штаб к Духонину". Кто же был этот самый Духонин к которому в "штаб" в годы братоубийственной войны большевики отправили бесконечное множество своих жертв?
Родился будущий талантливый русский генерал Николай Николаевич Духонин в семье военнослужащего в Киеве 1 декабря 1876 г. Его отец происходил из дворян Смоленской губернии. Первоначальное военное образование Н.Н. Духонин получил во Владимирском кадетском корпусе в Киеве, а затем продолжил в 3-м Александровском военном училище в Москве.
Окончив в 1895 г. военное училище в чине подпоручика армейской пехоты Н.Н. Духонин был направлен для прохождения службы в столицу в лейб-гвардии Литовский полк. После производства в поручики гвардии он в 1899 г. поступил в Николаевскую академию Генерального штаба. Закончил ее Н.Н. Духонин в 1902 г. по первому разряду с присвоением чина - штабс-капитан гвардии, а также причислением к Генеральному штабу. После отбытия ценза командира роты (полтора года) и батальона (четыре месяца), он с ноября 1904 г. служил старшим адъютантом штаба 42-й пехотной дивизии. В январе 1906 г. штабс-капитан назначается помощником старшего адъютанта штаба Киевского военного округа, а с января следующего года - штаб-офицером для поручений того же округа. В сентябре 1908 г. его прикомандировали к Киевскому военному училищу для преподавания ряда военных наук. В 1911 г. Н.Н. Духонин был досрочно произведен в полковники. В сентябре 1912 г. он вновь возвращается в штаб Киевского военного округа на должность старшего адъютанта.
С началом Первой мировой войны Н.Н. Духонин назначается старшим адъютантом отдела генерал-квартирмейстера штаба 3- й армии, сформированной в Киевском военном округе. Армия (командующий генерал от инфантерии Н.В. Рузский) в составе войск Юго-Западного фронта участвовала в знаменитой Галицийской битве (5 августа - 8 сентября 1914 г.). Н.Н. Духонину было поручено курировать вопросы разведки, с чем он блестяще справился. Так, за проведение рекогносцировки в сентябре 1914 г. у мощной австрийской крепости Перемышль он был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени - высшей воинской наградой России. Однако молодому полковнику не сиделось на штабных должностях, и в январе 1915 г. благодаря его настойчивым просьбам, его отправляют на передовую позицию командиром 165-го пехотного Луцкого полка. Под командованием Н.Н. Духонина полк успешно действовал, прикрывая в период наступления противника 19-22 апреля 1915 г. отход 42-й пехотной дивизии у реки Бяла и в боях у села Мокре 25-27 апреля. За умелое руководство полком и личное мужество командир полка был награжден орденом Святого Георгия 3-й степени. Попутно отметим, что это была очень высокая награда, так как 2-й степени этого ордена было удостоено только четыре генерала за всю Первую мировую войну.
8 сентября 1915 г. Н.Н. Духонина, как ценного специалиста, вновь возвращают, и с повышением, на штабную работу. Он получает должность исполняющего делами генерала для поручений при главнокомандующем армиями Юго-Западного фронта (генерал от артиллерии Н.И. Иванов), а 6 декабря производят в генерал-майоры и назначают сначала помощником, а с 25 мая 1916 г.- генерал-квартирмейстером того же фронта. Молодому генералу повезло и с непосредственным начальником - в марте 1916 г. главнокомандующим армиями Юго-Западного фронта был назначен выдающийся русский полководец генерал от инфантерии А.А. Брусилов. С этого времени, марта 1916 г., Н.Н. Духонин принимает самое активное участие в разработке плана знаменитого Брусиловского прорыва. Об этих незабываемых днях А.А. Брусилов впоследствии писал в своих воспоминаниях: "Во время этой подготовки к наступлению, работы крайне тяжелой и кропотливой, как лично я, так и командированные мною для этой цели... офицеры Генерального штаба и штаба фронта ездили для проверки работ и добытых сведений о противнике. Не могу не помянуть тут добрым словом двух неутомимых самоотверженных молодых сотрудников и боевых товарищей: генерал-квартирмейстера Духонина, впоследствии так трагично погибшего, и начальника артиллерии талантливейшего генерала Дельвига".
После Февральской революции, Н.Н. Духонин, как лояльно настроенный, по отношению к Временному правительству генерал, вновь получает повышение по службе - в мае 1917 г. становится исполняющим делами начальника штаба армий Юго-Западного фронта. В августе его вновь повышают - производят в генерал-лейтенанты и одновременно назначают начальником штаба главнокомандующего армиями Западного фронта (главком генерал от инфантерии П.С.Балуев)1.
9 сентября, после ликвидации выступления Верховного главнокомандующего генерала Л.Г. Корнилова начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал от инфантерии М.В. Алексеев отказался от занимаемой должности и подал в отставку. "Его заменил молодой, высокоодаренный офицер Генерального штаба генерал Духонин, - писал в своих мемуарах тогдашний глава Временного правительства А.Ф.Керенский, - которого я хорошо узнал, когда он был начальником штаба командующего Юго-Западным фронтом"2.
Почему назначая себя Верховным главнокомандующим (вместо арестованного им Л.Г. Корнилова) А.Ф.Керенский избрал своим начальником штаба именно Н.Н. Духонина? Вот как объясняет свой выбор глава Временного правительства: "Духонин был широкомыслящий, откровенный и честный человек, далекий от политических дрязг и махинаций. В отличие от некоторых, более пожилых офицеров, он не занимался сетованиями и брюзжанием в адрес "новой системы" и отнюдь не идеализировал старую армию. Он не испытывал ужаса перед солдатскими комитетами и правительственными комиссарами, понимая их необходимость. Более того, ежедневные сводки о положении на фронте, которые он сам составлял в Ставке, носили взвешенный характер и отражали реальное положение вещей, и он никогда, не стремился живописать действующую армию в виде шайки безответственных подонков. В нем не было ничего от старого военного чинуши или солдафона. Он принадлежал к тем молодым офицерам, которые переняли "искусство побеждать" у Суворова и Петра Великого, а это, наряду со многим другим, значило, что в своих подчиненных они видели не роботов, а прежде всего людей"3.
Менее чем за два месяца (10 сентября - 25 октября) Н.Н. Духонин провел огромную работу, далеко выходившую за рамки начальника штаба Верховного главнокомандующего. "Он внес большой вклад, - писал об этом периоде службы Н.Н. Духонина его непосредственный начальник А.Ф.Керенский, - в быструю и планомерную реорганизацию армии в соответствии с новыми идеалами. После ряда совещаний в Петрограде и Могилеве (где находилась Ставка Верховного главнокомандующего - С.Б.), в которых приняли участие не только министр армии и флота, но также главы гражданских ведомств - министры иностранных цел, финансов, связи и продовольствия, - он составил подробный отчет о материальная и политическом положении вооруженных сил. Из отчета следовал один честный вывод: армию следует сократить, реорганизовать и очистить от нелояльных лиц среди офицерского состава и рядовых. После этого армия будет способна охранять границы России и, если не предпринимать крупных наступательных операций, защитить ее коренные интересы"4.
Здесь необходимо пояснить, что А.Ф. Керенский имел в виду "Программу мероприятий по поднятию боеспособности армии к весне 1918 года", составленную по заданию Временного правительства. Одним, причем из основных ее авторов, был Н.Н. Духонин. К этому следует добавить, что генерал разработал также проект создания Русской народной армий, в основу которого был положен принцип территориального и добровольного комплектования частей.
"В лице Духонина, ставшего фактически Верховным главнокомандующим, - писал по поводу нового назначения генерала, находившийся в быховском заточении по Корниловскому делу генерал-лейтенант А.И. Деникин, - Керенский и революционная демократия, представленная комиссарами и комитетами, нашли действительно тот идеал, который они долго и напрасно искали до тех пор. Духонин - храбрый солдат и талантливый офицер генерального штаба принес им добровольно и бескорыстно свой труд, отказавшись от всякой борьбы в области военной политики и примирившись с ролью "технического советника" - той ролью, которую революционная демократия мечтала навязать всему командному составу. Духонина никто из них не заподазривал в малейшем отсутствии лояльности. Он не препятствовал продолжавшимся упражнениям новоявленных творцов "революционной армии". Но в противовес другим генералам, видевшим в этом направлении новые перспективы для неограниченного честолюбия или более покойные условия личного существования, - он шел на такую роль, заведомо рискуя своим добрым именем, впоследствии и жизнью, исключительно из-за желания спасти положение. Он видел в этом единственное и последнее средство"5.
Здесь следует добавить, что несомненной заслугой Н.Н. Духонина является также создание национальных частей в составе русской армии. Так, по его приказу N 613 от 26 сентября был создан Отдельный Чешско-Словацкий корпус, объединивший в своих рядах все чешско-словацкие части, сформированные к этому времени на территории России6. Корпус состоял из двух дивизий и запасной бригады. Основную массу солдат корпуса (около 45 тысяч человек) составили бывшие военнопленные солдаты и офицеры австро-венгерской армии, готовые сражаться на стороне России за свободу своей родины" Однако многим другим полезным для русской армии духонинским планам так и не суждено было осуществиться.
Свержение большевиками Временного правительства сразу же выдвинуло на политическую авансцену начальника штаба Ставки Н.Н. Духонина. Так, уже в ночь на 26 октября главнокомандующий армиями Западного фронта генерал от инфантерии П.С. Балуев запросил начальника штаба Ставки, как быть с поступающими к нему телеграммами об аресте Временного правительства: "Я прошу дать указания Ставки - и немедленно, так как телеграммы Военно-революционного комитета скрыть от войск не могу"7. Рано утром Н.Н. Духонин сообщил ему, какие меры решила принять Ставка в связи с создавшимся положением: "Так как начинают проникать телеграммы с разными распоряжениями большевиков, то мы установили в Ставке, Могилеве и на станции дежурство членов комитета (Общеармейского исполнительного комитета при Ставке - С.Б.) для задержки телеграмм". В тот же день начальник штаба Ставки обратился с телеграммой к главнокомандующим фронтами и командующим армиями. В ней он излагал точку зрения Ставки на октябрьские события в Петрограде: "Ставка, комиссарверх (верховный комиссар Временного правительства при Ставке - С.Б.) и общеармейский комитет разделяют точку зрения правительства и решили всемерно удерживать армию от влияния восставших элементов, оказывая в тоже время полную поддержку правительству.
Всю неделю, с 25 октября по 1 ноября - Н.Н. Духонин провел в непрерывных переговорах по прямому проводу с командованием различных фронтов, ища возможность мобилизации верных присяге частей и соединений для оказания помощи Временному правительству и делая распоряжения в этом направлении. Так, в разговоре по прямому проводу с начальником штаба главнокомандующего армиями Северного фронта генерал-майором С.Г. Лукирским 28 октября Н.Н. Духонин указывал: "С Юго-Западного фронта высланы части в Киев дабы заставить притихнуть большевиков"10. А в телеграмме' на имя А.Ф. Керенского от 31 октября он говорил, что для подкрепления правительственных войск в Москве "принимаются меры". В то же время генерал старался занять верными Временному правительству войсками важные в оперативном отношении пункты на путях к Петрограду и Москве. В разговоре по прямому проводу 31 октября с С.Г. Лукирским Н.Н. Духонин сообщил ему о своих действиях: "Мною сделано распоряжение о прочном занятии войсками XVII (армейского) корпуса станции Дно и Орша. Вероятно это распоряжение приведено в исполнение; посланный на паровозе офицер, чтобы установить и проверить, еще не вернулся"11. В тот же день генерал отправил благодарственную телеграмму в Новочеркасск на имя помощника донского атамана генерал-лейтенанта М.П. Богаевского: "Готовность казачества стать на сторону государственного спасения для нас всех является поддержкой в эти трудные минуты... До последнего предела будем бороться для восстановления в данное время Временного правительства и Совета республики, а с ним и порядка в стране"12.
Однако развернутая Н.Н. Духониным кампания по мобилизации верных Временному правительству сил значительно снизилась после того, как 1 ноября большевикам удалось подавить под Петроградом вооруженное выступление Керенского - Краснова.
(Продолжение на следующих стр. 2, 3)
|
|
| |
|