МЕЧ и ТРОСТЬ
16 Янв, 2021 г. - 04:33HOME::REVIEWS::NEWS::LINKS::TOP  

РУБРИКИ
· Богословие
· История РПЦЗ
· РПЦЗ(В)
· РосПЦ
· Апостасия
· МП в картинках
· Царский путь
· Белое Дело
· Дни нашей жизни
· Русская защита
· Литстраница

~Меню~
· Главная страница
· Администратор
· Выход
· Библиотека
· Состав РПЦЗ(В)
· Обзоры
· Новости

МЕЧ и ТРОСТЬ 2002-2005:
· АРХИВ СТАРОГО МИТ 2002-2005 годов
· ГАЛЕРЕЯ
· RSS

~Апологетика~

~Словари~
· ИСТОРИЯ Отечества
· СЛОВАРЬ биографий
· БИБЛЕЙСКИЙ словарь
· РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

~Библиотечка~
· КЛЮЧЕВСКИЙ: Русская история
· КАРАМЗИН: История Гос. Рос-го
· КОСТОМАРОВ: Св.Владимир - Романовы
· ПЛАТОНОВ: Русская история
· ТАТИЩЕВ: История Российская
· Митр.МАКАРИЙ: История Рус. Церкви
· СОЛОВЬЕВ: История России
· ВЕРНАДСКИЙ: Древняя Русь
· Журнал ДВУГЛАВЫЙ ОРЕЛЪ 1921 год
· КОЛЕМАН: Тайны мирового правительства

~Сервисы~
· Поиск по сайту
· Статистика
· Навигация

  
Рассказы белого штабс-капитана И.Бабкина: “Братья” -- Рассказ шестой, часть 1-я
Послано: Admin 11 Фев, 2008 г. - 20:17
Белое Дело 

Но два десятка бородачей-кубанцев, почти все верхом и с оружием, тоже хорошо. И двенадцать местных офицеров, гимназистов и юнкеров нам также очень скоро пригодятся. Среди них наша княжна, Дашенька Милославская. И подпоручик Щегловский краснеет, бледнеет, заикается, когда она к нему обращается с самым невинным вопросом.

Екатеринодарское гостеприимство нам запоминается. Нас приглашают на обеды, на званые вечера, на балы с танцами. Мы - офицеры-герои! Хлопают бутылки шампани, выстреливая пробками. Ломятся столы от разных вкусностей. Мы пьем с марковцами за победу над интернациональной нечистью, мы размещаем наших раненых и больных в станционаре, а это значит, что они очень быстро поправятся и вернутся в батальон, мы получаем длительные отпуска. Кое-кто отправляется домой, кое-кто находит старых знакомых, а то и любушку-голубушку. Фронтовая жизнь коротка. Сегодня не сорвал поцелуй с девичьих пунцовых губ, завтра, может быть, уже не доведется.

К подполковнику Волховскому приезжает сын Саша. Оба проводят вместе много времени, не могут наговориться. Делами батальона в основном заправляю я. Принимаю пополнение, ставлю на довольствие, получаю и рассылаю приказы.

Грустны братья Мятлевы. От Екатеринодара до Тамбовщины тысячи верст. Да не просто неодолимые расстояния, но захваченные красными города и села, станции и деревни. Они если и празднуют, то как-то скромно. Если и пьют водочку, то словно бы нехотя. Единственно, что позволяют они себе, это иногда всей тамбовской компанией сесть на свой шарабан и проехаться по проспектам Екатеринодара. Впрочем, все они теперь в новеньких гимнастерках, в новых жарко горящих сапогах. Лошади их лоснятся. Сами они регулярно моются, уже отскребли фронтовую грязь, смыли пыль походов и налетов, образцово побрились, даже вспрыснулись каким-то одеколоном.

Вика Крестовский первый мне сообщил новость.
- Ваня, слыхал, что учудили наши Мятлевы?
- Что?
- Влюбились, Ваня!
- Так что в этом плохого, Вика?
- Только то, что влюбились в одну и ту же женщину. Помнишь красавицу, что поднесла генералу Маркову цветы после парада? Екатерина Телешева, вдова офицера-первопоходника. Наши тамбовские столкнулись с нею на банкете у купца Федоренка. И все, пропали...
- Но подожди... Они же братья, сами разберутся.
- Боюсь, Ваня, тут случай особый.

Крестовский оказался прав. Екатерина Андреевна Телешева, сама из богатой семьи, ездила за мужем по всем фронтам, начиная еще с Большой войны. Для полка, в котором он служил, собирала деньги на полевой лазарет. Говорили, что не было лучше того лазарета, разве что лазареты, над которыми шефствовали члены Царской семьи. Однако госпитали императрицы Александры Федоровны и ее дочерей не были полевыми.

Там, на фронтах беспощадной человеческой мясорубки, телешевский лазарет для многих раненых солдат и офицеров был словно сказочным Китеж-градом. Просторные палатки шатрового типа, удобные полевые койки, отопление в морозы специально выписанными из Америки маслеными обогревателями, всегда в полном достатке медикаменты, прекрасное питание, лучшие военные и гражданские врачи. Екатерина Андреевна, сама выучившись на сестру милосердия, следовала за мужем повсюду.

После отречения Государя и развала армии Телешевы уехали в Париж. Но через полгода, как раз в декабре 1917-го, после большевицкого переворота, капитан Телешев вернулся. Его красавица жена с ним. На этот раз, сойдя с французского парохода в Одессе, они незамедлительно двинулись в Новочеркасск.

Капитана Телешева хорошо знал Вика Крестовский. Однажды, случилось, что во время 1-го Кубанского похода, того, что назовут еще Ледяным, охотники Вики набрели на брошеный возок посреди заснеженной степи. В возке обнаружены были офицер и неописуемой красоты женщина. Офицер горел в тифу. Он принял было башибузуков Вики за красных и стал стрелять из браунинга. Даже ранил одного. Наконец, разобравшись, что к чему, и утихомирив горячечного Телешева, охотники взяли возок с собой. В тот раз Телешев был спасен. Екатерина Андреевна на каждый праздник высылала Вике Крестовскому то бочонок рома, то ящик прекрасного французского коньяка.

Вот в такую женщину, светлого ангела во плоти, вдруг влюбились братья Мятлевы. А женщина она была в самом деле исключительной красоты. Лицо чистое, большие синие-пресиние глаза под собольей темной бровью. Губы словно вычерчены резчиком по мрамору. Зубы белоснежные, один к одному. Как улыбнется, так и пропало офицерское сердце. Роста она была выше среднего, сложена - просто Афродита. И даже траурный креп по погибшему супругу нисколько не скрывал ее молодой, сильной и великолепной фигуры. Напротив, этот черный цвет платьев, блузок, жакетов и шляп только оттенял ее беломраморную кожу.

Нет, на том банкете у купца Федоренки она не танцевала. Не позволяли приличия. Однако даже сам голос ее, какой-то летящий и грудной, словно бы призывающий к себе, какие-то ничего не значащие фразы, синие молнии взгляда запали в сердца братьев.

Самое непостижимое было то, что Екатерина Андреевна словно бы потакала им обоим. А сидя на билетиках лотереи во время банкета, и встретившись с нашими тамбовцами позже, на бульваре, она вдруг как бы неосознанно, но потянулась к ним.

Капитан Телешев был убит на реке Маныч 12 мая 1918 года. Всего три месяца, как красная пуля пробила его сердце, а бледность щек вдовы уступает место жаркому румянцу, когда Вадим Мятлев преподносит ей букет белых георгинов. И улыбка трогает ее точеные полные губы, когда Игорь Мятлев говорит ей что-то приятное.

- Господин штабс-капитан, - обращается ко мне незнакомый офицер в черных марковских погонах. - Мне сказали, что вы наштаба Офицерского батальона.
- Чем могу служить?

Офицер высок, мослат, по-видимому, вынослив и силен. Марковцы славятся своей выносливостью. Еще славятся своим чувством оскорбленного достоинства.
- Двое ваших офицеров ведут себя неподобающим образом. Это офицеры Мятлевы. Мы, марковцы, можем постоять за честь нашего павшего соратника!
- В вашем тоне, господин капитан, легко слышна... м-м... угроза? - я стараюсь быть как можно менее вызывающим, но у нас, чинов Офицерского батальона, тоже есть понятие чести. - Мне представляется, что так начинать разговор с офицером...
- Повторяю, господин штабс-капитан, ваши люди могут попасть в... э-э... очень неприятную ситуацию!
- А я вам повторяю, господин капитан, что неприятная... э-э... ситуация создается там, где люди забывают о правилах приличного тона!
- Вы хотите сказать, что мой тон неприличен?
- Именно это я вам и сказал!

Капитан бледнеет. На его лице самые противоречивые чувства. Он старше меня по званию, но у марковцев, очевидно, занимает невысокую должность. Возможно, даже рядовой. Перед ним сейчас - начальник штаба батальона. О батальоне нашем известно уже. Многие, как сам подполковник Волховской, а с ним Вика Крестовский, штабс-капитан Соловьев, капитаны Шишков и Сергиевский, - участвовали в том Первом Кубанском походе. Мы с самого начала были независимы. Содействие в бою - да. Подчинение кому бы то ни было - сначала спрашиваем: а кто вы такой?

- Я вас предупредил, господин штабс-капитан!
- Считайте, капитан, что я не расслышал.

(Окончание см. “Братья” -- Рассказ шестой, часть 2-я.)

 

Связные ссылки
· Ещё о Белое Дело
· Новости Admin




<< 1 2 3 >>
На фотозаставке сайта вверху последняя резиденция митрополита Виталия (1910 – 2006) Спасо-Преображенский скит — мужской скит и духовно-административный центр РПЦЗ, расположенный в трёх милях от деревни Мансонвилль, провинция Квебек, Канада, близ границы с США.

Название сайта «Меч и Трость» благословлено последним первоиерархом РПЦЗ митрополитом Виталием>>> см. через эту ссылку.

ПОЧТА РЕДАКЦИИ от июля 2017 года: me4itrost@gmail.com Старые адреса взломаны, не действуют..