В.Черкасов - Георгиевский. Книга “Генерал Деникин”. Документальное жизнеописание. Часть пятая. Глава 1.
Послано: Admin 03 Мая, 2006 г. - 11:13
Белое Дело
|
+ + +
В ноябре 1914 года Железная бригада почти не выходила
из боя в предгорьях Карпат.8-я армия Брусилова стремилась
охватить горные перевалы, австрийцы - деблокировать осажден-
ную русскими крепость Перемышль.
Брусилов поручил 8-му и 24-му корпусу с "железными" и
дивизией Корнилова взять главный хребет от Лупковского до
Ростокского перевалов.Дальше рассказ необходимо повести ус-
тами генерала Деникина, потому что он горячился по этому по-
воду до старости:
"Брусилов четыре раза менял задачу, пока не отредакти-
ровал окончательно: корпусам перейти в наступление с целью
отрезать путь отступления к югу и уничтожить противника, ук-
репившегося к западу от Ростокского перевала. Причем 24-й
корпус должен был возможно глубже охватить правый фланг про-
тивника.Исполнить эту директиву можно было, только перейдя
Карпатский хребет и спустившись в Венгрию.Я считаю нужным
подчеркнуть это обстоятельство потому, что оно в дальнейшем
послужит для характеристики ген. Брусилова и как полководца,
и как человека.(Ген. Брусилов остался в советской России и
сотрудничал с сов. Властью.)
Ген. Брусилов питал враждебные чувства к ген. Корнило-
ву, усилившиеся после того, как Корнилов сменил его впос-
ледствии на посту Верховного главнокомандующего, и столь
резко разошелся с ним - попутчиком советской власти - в
дальнейшем жизненном пути.В своих воспоминаниях, написанных
при большевиках, Брусилов возвел на 24-й корпус и в особен-
ности на Корнилова несправедливые обвинения.24-му корпусу
якобы было приказано им "не спускаться с перевалов".Корнилов
же "из-за жажды отличиться и горячего темперамента... по
своему обыкновению, не исполнил приказа своего корпусного
командира и, увлекшись преследованием, попал в Гуменное, где
был окружен и с большим трудом пробился обратно, потеряв 2
тысячи пленными, свою артиллерию и часть обоза..."Брусилов,
по его словам, хотел предать Корнилова военному суду, но по
просьбе командира корпуса (ген.Цурикова) ограничился выгово-
ром в приказе... им обоим.
Вот как пишется история при большевиках.
А вот как дело происходило на самом деле.
Виновником неудачи был исключительно сам ген. Брусилов,
но, заботясь о своей славе и пользуясь тем одиумом, который
вызывало у большевиков имя Корнилова, свалил вину на него и
других".
Итак, как далее свидетельствует Деникин, брусиловские
части перешли в наступление."Железные" двигались восточнее
Лупковского перевала, корниловцы - на Ростокский перевал,
между ними и деникинцами - 49-я дивизия.Все они получили
приказ корпусного овладеть главным Бескидским хребтом Карпат
и вторгнуться в Венгрию.
Корниловцы в горячем бою взяли "свой" перевал и спусти-
лись на Венгерскую равнину, ворвались в важный железнодорож-
ный узел Гуменное.49-я дивизия тоже сделала свое дело.Тяже-
лее всех пришлось Деникину.Справа от него захлебнулось нас-
тупление 8-го корпуса.Чтобы помочь ему и пробить себе путь,
"железные" три дня дрались у Лупкова, пока не уничтожили на
Лупковской станции и в городе несколько австрийских частей,
взяв две тысячи уцелевших в плен.
Другие австрийские полки еще сидели на перевале, прижи-
мая 8-й корпус.Чтобы окончательно прорваться вниз, надо было
рискованно заходить им в тыл.Погода: мороз и вьюга, метель
заволакивала лощину и снежно слепила глаза.Деникин рискнул -
оставил свою артиллерию, обоз под защитой одного баталь-
она.Сели на часть выпряженных лошадей, навьючив сухарями и
патронами.
Впереди были лишь обледенелые, бездорожные склоны гор в
мелком кустарнике, с одним козьими тропами, но по таким про-
рывались в Альпах суворовцы и сами "железные" к Шипке.
Железные полки с Деникиным снова прошли такой путь.Сжи-
мая онемевшими руками винтовки, они обрушились в снежной пы-
ли на австрийцев, греясь в рукопашной.Опрокинули и устреми-
лись вниз, врываясь на плечах врага в деревни, опорные пунк-
ты.Смели отряд на узле шоссейных дорог, взяли станцию и го-
род Мезоляборч.
В этом Карпатском переходе Железная бригада в четыре
тысячи штыков захватила 3730 пленных, горы оружия, снаряже-
ния, 9 орудий и эшелон с ценным грузом.Расплатились на пере-
валах и склонах деникинцы 164-мя убитыми, ранило свыше тыся-
чи.Перед ними как на ладони лежала главная питательная арте-
рия австрийского фронта: "железка" Мезоляборч - Гумен-
ное.Поставленную задачу все части корпуса выполнили... как
стряслось с Корниловым.
Его дивизию не прикрыли с востока.Чем дальше корниловцы
уходили на юг, им все больше грозили удары во фланг и
тыл.Сообразив это, Корнилов заслонился одним полком в тех
направлениях.Понял опасность и корпусной командир, стал наз-
ванивать Брусилову.Тот неожиданно заявил, что брать Гуменное
и не входило в его расчеты, стал настаивать, чтобы Корнилов
вернулся обратно на перевал.
Командир 24-го корпуса взволнованно отстоял действия
Корнилова, он сам же по директиве Брусилова направлял весь
корпус в Венгрию.Брусилов согласился оставить как есть, но
подкреплений корниловцам не дал.Хотя, как указывает Деникин,
свободные части поблизости были.
Тогда с востока и обрушились австрийцы на Корнилова,
отбросили его снова к перевалу, где он два дня дрался тремя
полками с полуторной австрийской дивизией.
Когда пришел приказ отходить, Корнилов сражался уже
почти в полном окружении.Единственно свободной остался кру-
той серпантин горной дороги.Корниловцы, отбиваясь, двинулись
по нему, но у местечка Сины им перерезали и этот путь.Чтобы
пропустить свою артиллерию через поселок, надо было драться
на его улицах.У Корнилова остались лишь случайные команды и
рота саперов.Генерал повел их в атаку...И дивизия вырвалась
из кольца, не оставив ни одного орудия, захватив с собой еще
две тысячи пленных!Потеряли только два зарядных ящика.
Это то, что с полным знаком наоборот оболгал Брусилов
позже:"...потеряв 2 тысячи пленными, свою артиллерию и часть
обоза".
Бывший и советский паж постарается осрамить Корнилова
Лавра Георгиевича.Железной же бригаде и тогда были увесистые
лавры.Она получила телеграмму от Верховного:"С горячей бла-
годарностью",- от корпусного:"С полным восхищением несрав-
ненной доблестью".И сам Брусилов, столь осуждавший в советс-
ком мундире такой "самовольный" бросок в Венгрию, телеграфи-
ровал Деникину:
"Молодецкой бригаде за лихие действия, за блестящее вы-
полнение поставленной ей задачи шлю свой низкий поклон и от
всего сердца благодарю Вас, командиров и героев-стрелков.Пе-
ренесенные бригадой труды и лишения и славные дела свиде-
тельствуют, что традиции старой Железной бригады живут в ге-
ройских полках и впредь поведут их к победе и славе".
Гражданская война расколет Корнилова, Деникина и Бруси-
лова, как и других отличных, талантливейших офицеров высоко-
го довоенного "образца"."Погоду" у белых и красных, конечно,
сделают не они, единично уцелевшие старые кадровики, а те,
кто натянет офицерские погоны из студентов, разночинья, став
не "самым благороднейшим офицерским сословием на свете".Всё
после кровавого военного серпа Первой мировой у нас в стране
измельчает.Эта война, названная в Российской империи Вели-
кой, кончит Россию как Великую по доблестям человеческого
характера и как Святую - по духу.
Яркий пример тому и великолепный в Первую мировую Бру-
силов.А в мае 1920 года он согласится принять должность
председателя Особого Совещания при Главнокомандующем воору-
женными силами Республики.Потом будет служить в центральном
аппарате Красной Армии инспектором кавалерии, особо важным
порученцем при РВС СССР.Его "Мои воспоминания", которые ци-
тировал Деникин, выйдут в 1929 году - через три года после
кончины бывшего генерала.
Была ли смерть Брусилова покойной?Да - в том смысле,
что не успели его расстрелять до беспощадных тридцатых годов
и на "царских" офицеров.Но она приблизилась в духовном
аду.Брусилов считал себя жестоко обманутым заместителем
Троцкого Склянским, сулившим, будто переход к ним генерала
спасет бывших офицеров от преследований и террора.Трагедия
души началась у Брусилова, когда узнал о массовых расстрелах
тысяч врангелевцев, оставшихся в Крыму, поверивших в красную
амнистию.
Царский "кадр" Брусилов был неизгладимой довоенной им-
перской закваски...А пока, в декабре 1914 года он, "обычно
энергичный и решительный", как и с уважением отмечает Дени-
кин, быстро оправившись от некоторых неудач его частей,
контрнаступает.К концу года его армия в составе Юго-Западно-
го фронта вновь занимает линию Карпат.
В начале 1915 года Юго-Западный фронт проводил новую
Карпатскую операцию, в ее ходе противник был отброшен к гра-
ницам Восточной Пруссии.В марте капитулировал осажденный
русскими 120-тысячный гарнизон Перемышля.Тяжелые карпатские
бои продолжались до апреля, когда русские из-за острого не-
достатка в вооружении и боеприпасах прекратили активные
действия.
Случился снарядный голод и потому что русские, по тра-
диции отечественного шапкозакидательства, собирались "свер-
нуть немца" этак за полгода.В первые месяцы лупили из орудий
бессчетно.Вот и дошли сначала до двух снарядов на выстрел, к
весне - в ноль.А специфически сказать: не предполагали, что
в этой войне напряжение огневого боя достигнет небывалых и
неожиданных размеров, опрокинув все теоретические расчеты и
российской, и западно-европейской военной науки.
Оборотистые западные наши союзники быстро справились с
этим, создав огромные арсеналы, и отмахнулись от русских,
которые платили не железками, а кровью, спасая их парижи.Об
этом свидетельствовал в своих воспоминаниях Ллойд Джордж:
"Когда летом 15 г. русские армии были потрясены и сок-
рушены артиллерийским превосходством Германии... военные ру-
ководители обеих стран (Англия и Франция) так и не восприня-
ли руководящей идеи, что они участвуют в этом предприятии
вместе с Россией и что для успеха этого предприятия нужно
объеденить все ресурсы так, чтобы каждый из участников был
поставлен в наиболее благоприятные условия для достижения
общей цели.На каждое предложение относительно вооружения
России французские и британские генералы отвечали и в
1914-15 г.г., и в 1916 - что им нечего дать и что, если они
дают что-либо России, то лишь за счет своих собственных на-
сущных нужд.Мы предоставили Россию ее собственной судьбе и
тем самым ускорили балканскую трагедию, которая сыграла та-
кую роль в затяжке войны".
Русские не щадили себя, не беспокоились о них и
"друзья", но печально, что и свои своих не жалели - как
всегда в нашей суровой истории.Деникин пишет:
"С декабря армии Юго-Западного фронта употребляли нече-
ловеческие усилия, чтобы форсировать Карпаты.В жестокие мо-
розы, в снежные вьюги о крутые, обледенелые скаты гор бук-
вально разбивались наши силы, наш порыв и таяли наши ря-
ды.Мобилизация не проявила бережного отношения к кадрам, а
учета унтер-офицеров запаса, этого нужнейшего остова армии,
совсем не вела.Потому в начале войны роты выступали в поход,
имея 5, 6 офицеров и до 50 процентов унтер-офицеров на долж-
ностях простых рядовых.Этот драгоценный элемент и погиб в
первых боях.Кадры почти растаяли и пополнения приходили не-
доученными и... безоружными".
О феврале 1915 года, когда австрийцы в очередной раз
навалились, Брусилов вспоминал:
"Первое, что мною было сделано, это приказание немед-
ленно перейти в контрнаступление, и я направил туда 4-ю
стрелковую бригаду для поддержки отступающих частей.Эта бри-
гада всегда выручала меня в критические моменты, и я возла-
гал на нее самые трудные задачи, которые она каждый раз
честно выполняла".
(Продолжение книги следует)
|
|
| |
|