В.Черкасов - Георгиевский. Книга “Генерал Деникин”. Документальное жизнеописание. Часть шестая. Глава 1.
Послано: Admin 29 Мая, 2006 г. - 12:16
Белое Дело
|
+ + +
Перед тем, как окунуть Деникина в румынские бои, а по-
том с головой - в беспощадность того, что опишет генерал в
эмиграции пятитомными "Очерками Русской Смуты", Бог расста-
вил все точки в его личной жизни.
В октябре 1916 года в Киеве умерла мать Деникина, на ее
похоронах долгожданно встретились жених и невеста.Перед этим
в их переписке Антон Иванович без утайки раскрывал перед
Асей душу:
“Никогда еще жизнь не была так заполнена.Кроме дела, у
меня появилась личная жизнь.Иногда я задумываюсь над не раз-
решенным еще вопросом наших отношений (собственно, один ос-
тался) и гложет меня сомнение.Все о том же.Мне ли Ваша ласка
или тому неведомому, которого создало Ваше воображение?..
Если в нашей жизни счастье в очень большой степени бу-
дет зависеть от меня, то оно почти обеспечено.Ни перевоспи-
тывать, ни переделывать Вас, моя голубка, я не собираюсь.Су-
мею ли подойти - не знаю, но кажется мне, что сумею, потому
что, потому что я люблю Вас.И в думах одиноких, острых и ра-
достных я вижу Асю женой и другом.Сомнения уходят и будущее
светлеет...
Между делом читаю, и довольно много.Без системы, без
выбора, что случайно привезут отпускные.Такая масса распло-
дилась литературного хламу.Прочтешь, и ничего не остается ни
в уме, ни в памяти...
Вся моя жизнь полна Вами.Получила новый смысл и богатое
содержание.Успех для нас.Честолюбие (без него полководчество
немыслимо) - не бесцельно.Радости и горе - общие.Я верю в
будущее.Я живу им.Совершенно сознательно...”
Всегда в этих письмах сквозила и тревога чуткого сына об
уходящей матери.Елизавета Федоровна Деникина, проболев во-
семь месяцев, часто впадая в беспамятство, скончалась в
семьдесят три года.Как и предчувствовал Антон Иванович, не
довелось ему закрыть глаза матери.Прибыв по вызову врача, он
застал ее уже мертвой.
В эти печальные киевские дни Деникин с Асей не расста-
вались.Они вдоволь насмотрелись друг на друга, и влюбленный
генерал, потерявший последнего родного человека, счастливо
убеждался: приобрел верного спутника на всю жизнь.С обратной
дороги на фронт он написал Асе:
“Последние недели имели огромное значение в моей жизни,
положив резкую грань между прошлым и будущим.Горе и ра-
дость.Смерть и жизнь.Конец и начало.И неудивительно, что я
вышел несколько из равновесия, выбился из колеи...”
Колея под свистом и в разрывах снарядов, в капели пуль
быстро ввергла Деникина в привычное состояние.С сентября ру-
мынская армия при поддержке русских пыталась наступать в
Трансильвании, но безуспешно.Антон Иванович был в числе тех,
кто считал, что зря Румыния затеялась.С ее возможностями бы-
ла б она полезнее нейтральной, чем в роли союзницы Антанты,
которую русские в итоге вынуждены были прикрывать своими
тридцатью пятью пехотными и тринадцатью кавалерийскими диви-
зиями.
Немцы решили проучить румынов и показать, что их боевая
карта не бита.Австро-германцы сосредоточили в Трансильвании
армейскую группу генерала Э.Фалькенхайна, в Болгарии - Ду-
найскую армию генерала-фельдмаршала А.Макензена.Одновремен-
ным наступлением с разных сторон они бросились на Бухарест,
разрезая Румынию на части.В начале декабря немцы разбили ру-
мынскую армию, вступив в Бухарест, который румыны отдали без
боя.
8-й армейский корпус генерала Деникина попал в этот
кризис.Ему было приказано:"Двигаться по бухарестскому нап-
равлению до встречи с противником и затем прикрывать это
направление, привлекая к обороне отступающие румынские час-
ти".
Деникин, получив в течении этих боев два румынских кор-
пуса, дрался у Бузео, Рымника, потом так резюмировав свои
впечатления:
"Полное игнорирование румынской армией опыта протекав-
шей перед ее глазами мировой войны; легкомысленное до прес-
тупности снаряжение и снабжение армии; наличие нескольких
хороших генералов, изнеженного... корпуса офицеров и отлич-
ных солдат".
После бухарестского разгрома русские дивизии выкладыва-
лись, чтобы остановить врага.И это удалось им в конце 1916
года на рубеже Фокшаны, где воевал и корпус Деникина.Так был
создан 500-километровый русский Румынский фронт, куда отв-
леклась четверть вооруженных сил России, ухудшив ее страте-
гическое положение.
Англо-французские войска к этому времени (причем, бри-
танцы впервые применили танки) пытались наступать по своим
фронтам.Понесли огромные потери, продвинувшись лишь на 5-15
километров, не сумев прорвать германскую позиционную линию.
Блестящее наступление Юго-Западного фронта Брусилова,
окончившееся этой осенью, не поддержали русские Западный и
Северо-Западный фронты.Оно принесло больше пользы союзникам,
чем России.Всегда в этой войне наши войска оттягивали на се-
бя неприятеля.Но когда русским приходилось туго, ни разу за-
падноевропейцы не проявили должной военной инициативы.
Некрасиво это выглядело на фоне общенемецкой сплочен-
ности: когда австрийцам бывало плохо, германцы всегда их вы-
ручали.На то они и происходили из общих германских пле-
мен.Англосаксы же и галлы-французы высокомерно посматривали
на славян-русских, о которых их предки прослышали лишь через
тысячу лет после великолепной Римской империи, породившей
всех латинян.
У младшей в Европе великой страны России никогда из ис-
торически великих держав истинных друзей не было и, конечно,
не будет.В конце 1916 года начали это понимать наши солдаты,
плюнув на разговоры дипломатов.Они высказывались, что союз-
нички загребают жар чужими руками, решили вести войну до
последней капли крови - русского солдата.Воевать в таком
раскладе у них желание пропадало.
Деникин, то ли по линии своих приятелей, масонствующих
"младотурков", а, скорее, просто по своей либеральной склад-
ке, что западноевропейски мяла как аристократическое, так и
"передовое" русское общество с конца "французски-нижегородс-
кого" и марксистски-рационального XIX века, всегда был креп-
ко верен идее союзничества.Он не отказался от нее и в самые
тяжелые белогвардейские дни Русской Смуты.Начнет меняться
лишь в эмиграции, когда изумится, увидев, что эти "союзники"
благополучно "подружились" и с красной Россией.
Все это связано с железным рыцарством Антона Ивановича,
с его "фельдфебельским" упрямством, прямодушием, которое не-
истребимо перешло к нему от честняги-отца.Честный человек не
предает как истинных, так и мнимых друзей и при их, и при
своей беде.Поэтому Деникин, если решал что-то, идеалистично
держался до конца.В то же время по своей искренности он ве-
рил своим глазам и тогда был безаппеляционен в оценках.
В Румынии перед ним предстала дикая неразбериха.После
немецкого разгрома здесь все, казалось, махнули на будущее
рукой.Подвоз провизии и войскового обеспечения из России яв-
лялся горем из-за расстройства русских железных дорог, но
румынские были в полном беспорядке.Кони дохли от бескормицы,
армии мерзли в надвинувшейся зиме без сапог, теплого белья,
болели тысячи.
В письме, переданном Асе через своего денщика, минуя
цензуру, Деникин писал:
“Неприветливая страна, неприветливые люди и порядочный
хаос, общее убеждение: ругали свои порядки, но чужие многим
хуже...
Немцы сосредоточили против Румынии большие силы, и опе-
рация начала развиваться с необыкновенной быстротой.Наши
войска прибывали поздно.Маленькая страна при полном напряже-
нии своих дорог не могла справиться со своей задачей, и наши
эшелоны ползли черепашьим шагом, по суткам простаивая на ма-
леньких станциях.К тому же хаотический беспорядок, бездея-
тельность, иногда, вероятно, продажность румынской админист-
рации.
Бухареста дни были уже сочтены.В числе войск, брошенных
на помощь, были и мои.Но мы опоздали.Я встретил уже разбитые
румынские армии.И, вкрапленные между ними, в постоянной
опасности неустойки с их стороны, задерживали сколько было
возможно немцев, отходя к северу.Шли жестокие бои.Много,
очень много легло моих.Но успех немцев несомненный.И, между
прочим, в занятой стране они захватили огромные запасы про-
довольствия, большое облегчение для их несытых желудков.А
нам при отходе, по причинам политическим, запрещали жечь за-
пасы...Теперь главнокомандующий соединенными армиями - ко-
роль Фердинанд (в том числе нашей), а ответственным помощни-
ком его - генерал Сахаров.
Король, дрожа за судьбу династии, готов на всякие комп-
ромиссы.Правительство упорствует.А между тем единственный
выход из положения - милитаризация страны (дорог и т.д.),
вывод армии, обучение ее русскими инструкторами и, вообще,
передача власти в русские руки...В общем, узнали-таки стра-
ну, где беспорядок государственный и социальный больше наше-
го...Приехала, наконец, комиссия из английских офицеров, ко-
торая уничтожает в ближайшей к противнику полосе запасы ке-
росина, бензина, зерна, которые нельзя вывозить.Румыны уве-
ренно высчитывают стоимость убытков от каждого разрушенного
завода, моста, здания.Говорят: за все заплатят англичане!Оп-
тимисты.Быть может заплатят, но... учтя цену присоединяемой
Трансильвании".
+ + +
Накануне нового 1917 года Антон Иванович заметил в
письме к невесте:"Думские речи (боевые) читаю в литографиро-
ванных оттисках".В это время уже не только солдат в окопах,
но и другие слои русского общества будоражило.
Все устали от войны, которой "не видно конца".Но рево-
люции не обязательно возникают после таких настроений и даже
национального военного поражения.Декабристы восставали после
победы над Наполеоном, а унижение России в Крымской войне не
привело к бунту.Революционная ситуация преобладает, если
властям не удается направить порожденную войной "злую" энер-
гию масс.Николай II и его правительство не смогли подчинить
ее себе.
Среди рабочих, разночинья социалистические течения были
сильны еще до войны, теперь они стали чрезвычайно популярны
на заводах стараниями партии социал-демократов - большеви-
ков.Армия, выхолощенная гибелью старых кадров, держалась
лишь тенью традиций и тоже поддалась агитаторам.
Войска наполнили подпоручики и прапорщики из кадетских
корпусов, но теперь в них вместо прежних двух лет "штампова-
ли" офицеров за шесть месяцев.Офицерские погоны достались
молодежи, во многом пришедшей из университетов, мировоззрен-
чески - радикальной интеллигенции.Они симпатизировали рево-
люционным партиям, служба для них была не вопросом чести,
профессиональной "кастовой" гордости.Патриотизм новоиспечен-
ные офицеры понимали не присягой "реакционному" императору,
а больше родине.
Среди же восьмимилионной громады солдат к "несчастливо-
му" царю Николаю, "виновному" и в огромных военных потерях,
тоже присматривались "демократически".Свежее армейское по-
полнение из крестьянства предпочитало "нюхать" не порох, а
речи пропагандистов, что потом дойдет до "братания" на пере-
довой с "такими же" парнями в германской и австрийской фор-
ме.
Война отходила на второй план, люди сплачивались в бо-
лее актуальной задаче - смене власти.Зимой 1916-17 годов
грани между "оборонцами" и "пораженцами" почти стерлись.Об-
щество заимело два фетиша.Отрицательный - "темные силы" во
главе с Распутиным, ведущие Россию на погибель.Здесь была
одиозной "немка" императрица, едва ли не готовая заключить
сепаратный мир с немцами.Положительный - "министерство дове-
рия", хотя лидеры политических группировок перессорились,
определяя его состав.Россиянам, как станут называть русских
в конце XX века, подобное будет знакомо по жажде оппозицио-
неров создать "правительство народного доверия", "согласия"
и так далее.
В ночь с 16 на 17 декабря 1916 года Григория Распутина
во дворце князя Ф.Юсупова, женатого на племяннице Николая
II, убили хозяин вместе с сообщниками.В их группу вошли ве-
ликий князь Дмитрий Павлович, один из лидеров крайне правых
В.М.Пуришкевич, врач Лазаверт и поручик Преображенского пол-
ка А.Сухотин.Провокацией этого была и знаменитая думская
речь кадетского лидера П.Н.Милюкова, обвинившая двор в нес-
пособности вести войну, с рефреном:"Глупость это или изме-
на?",- типично "боевая" из тех, которым в гектографированных
листовках внимал и Деникин на фронте.
Позже расследование Временного правительство покажет,
что слухи о "немецких" происках государыни были беспочвен-
ны.А после убийства Распутина сразу развенчался миф о его
"влиянии".Уже 20 декабря газета "День" указывала:
"Темные силы - это псевдоним Распутина.В действитель-
ности, среди темных сил Распутин был величиной ничтожной, и
темные силы, как были, так и остались.Распутин давал возмож-
ность не замечать их".
Очевидно, что под разными предлогами целились в импера-
тора.Потом А.И.Гучков в Верховной следственной комиссии Вре-
менного правительства засвидетельствует:
"Когда я и некоторые мои друзья, в предшествовавшие пе-
ревороту месяцы, искали выхода из положения, мы полагали,
что в каких-нибудь нормальных условиях, в смене состава пра-
вительства, в обновлении его общественными деятелями, обла-
дающими доверием страны, в этих условиях выхода найти нель-
зя, что надо идти решительно и круто, идти в сторону смены
носителя верховной власти.На государе и государыне и тех,
кто неразрывно с ними был связан, на этих головах накопилось
так много вины перед Россией, свойства их характеров не да-
вали никакой надежды ввести их в здоровую политическую ком-
бинацию: из всего этого для меня было ясно, что государь
должен покинуть престол".
Октябрист, член Госдумы и Госсовета Гучков, ставший в
1915 году председателем Центрального военно-промышленного
комитета, являлся масоном, так сказать, первого призыва, он
вошел задолго до войны в "возрожденные" русские ложи.Этот
"любитель сильных ощущений и человек храбрый", как отзывался
о нем граф Витте, в 1900 году воевал в Южной Африке в анг-
ло-бурской войне за буров в отряде русских добровольцев и
был ранен, попал в плен к англичанам.Еще одним штрихом "сво-
еобразия" гучковской натуры можно отметить, что происходил
он из купеческого старообрядческого рода.В нем "прославился"
купец-прадед Александра Ивановича.Тот возглавил единственную
депутацию русских - старообрядцев, вышедших к Наполеону из
горящей Москвы с хлебом-солью.
Гучков был инициатором заговора по дворцовому переворо-
ту, чтобы император отрекся от престола в пользу сына при
регентстве великого князя Михаила.Его ближайшими сообщниками
стали Н.В.Некрасов - инженер-путеец, левый кадет, член
"Прогрессивного блока" в Думе и М.И.Терещенко - сахарозавод-
чик, владелец издательства "Сирин", друг писателей А.Блока и
А.Ремизова, председатель киевского областного Военно-промыш-
ленного комитета.
Наряду с другими радикалами, послужившими Февралю 1917
года, "своеобразность" Гучкова-заговорщика простиралась до
такого его утверждения позже:
"Нас, вероятно, арестовали бы, потому что, если бы он
(император - В.Ч.-Г.) отказался, нас, вероятно, повесили
бы.Я был настолько убежден в этом средстве спасения России,
династии, что готов был спокойно поставить судьбу на карту,
и если я говорил, что был монархистом и остался монархистом
и умру монархистом, то должен сказать, что никогда за все
время моей политической деятельности у меня не было созна-
ния, что я совершаю столь необходимый для монархии шаг, как
в тот момент, когда я хотел оздоровить монархию".
Как раз стремления "монархистов", подобных Гучкову,
вкупе с "революцией генерал-адъютантов" Алексеева, Рузского,
Брусилова, других и привели Россию к Февралю, который Октяб-
рем окончательно вверг страну в Русскую Смуту.
Всем противникам одиноко противостоял государь импера-
тор Николай II, опираясь только на свою не очень уравнове-
шенную супругу, которая неразлучно с ним верила в историчес-
кую миссию их царской власти.Император был уверен, что толь-
ко самодержавие сможет вывести Россию к победе.Он не считал
себя в праве отдать власть при войне в другие руки, проро-
чески полагая, что те с ней не справятся.
У.Черчилль, бывший в это время английским военным ми-
нистром, впоследствии подтвердил основательность точки зре-
ния русского царя:
"Ни к одной стране судьба не была так жестока, как к
России.Ее корабль пошел ко дну, когда гавань была в виду.Она
уже перетерпела бурю, когда все обрушилось.Все жертвы были
уже принесены, вся работа завершена.Отчаяние и измена овла-
дели властью, когда задача была уже выполнена.Долгие отступ-
ления окончились; снарядный голод побежден; вооружение при-
текало широким потоком; более сильная, более многочисленная,
лучше снабженная армия сторожила огромный фронт; тыловые
сборные пункты были переполнены людьми.Алексеев руководил
армией и Колчак - флотом.Кроме того, - никаких трудных дейс-
твий больше не требовалось: оставаться на посту; тяжелым
грузом давить на широко растянувшиеся германские линии;
удерживать, не проявляя особой активности, слабеющие силы
противника на своем фронте; иными словами - держаться; вот
все, что стояло между Россией и плодами общей победы...
Царь был на престоле; Российская империя и русская ар-
мия держались, фронт был обеспечен и победа бесспорна...
Согласно поверхностной моде нашего времени, царский
строй принято трактовать, как слепую, прогнившую, ни на что
не способную тиранию.Но разбор тридцати месяцев войны с Гер-
манией и Австрией должен исправить эти легковесные представ-
ления.Силу Российской империи мы можем измерить по ударам,
которые она вытерпела, по бедствиям, которые она пережила,
по неисчерпаемым силам, котрые она развила, и по восстанов-
лению сил, на которое она оказалась способна".
Став Верховным главкомом, Николай II видел, что и в
1917 году армия на "царском слове" продержиться, потому что
еще ничтожны были случаи дезертирства и случаи солдатского
неповиновения.Но он недооценил решимость лидеров обществен-
ных организаций и думской оппозиции.Император не думал, что
им удастся внушить свои политические идеи офицерской элите,
вплоть до его собственных генерал-адъютантов, этих прокален-
ных кадровиков, плоть от плоти царственного золотопогонс-
тва.Радикалы же по линиям, подобным масонской: Гучков -
Алексеев,- получили поддержку военачальников, конечно, во
имя дальнейших конституционных реформ.А по сути дела они вы-
били у монархии, за "здоровье" какой якобы ратовали, ее
единственную защиту против революции – армию.
В конце декабря 1916 года, чтобы отвлечь германские си-
лы от румынского фронта, русские наступали на рижском.В
сильный мороз, через замерзшие болота наши войска продвину-
лись в сторону Митавы.После недели боев остановились и пото-
му что в некоторых частях проявилось нежелание идти в ата-
ку...Все же удалось оттянуть немцев от румынского фрон-
та.Класс этого "удара накоротке" позже отметил германский
генерал Гофман:"Единственное наступление, бывшее для нас не-
ожиданным".Но это было последнее удачное наступление русской
императорской армии.
|
|
| |
|