В.Черкасов - Георгиевский “Верховный правитель адмирал А.В.Колчак”. Очерк второй из книги “Вожди Белых армий”, глава 2.
Послано: Admin 08 Ноя, 2006 г. - 11:39
Белое Дело
|
+ + +
26 февраля 1917 года А.В.Колчак получил на Черноморс-
ком флоте телеграмму председателя Государственной думы
М.В.Родзянко о переходе власти к Временному правительст-
ву.Вице-адмирал Колчак приказал прекратить всякое общение
подведомственных ему частей с остальной Россией "до выясне-
ния положения".Он вывел основные силы флота в море, чтобы
самому контролировать и доводить до сведения экипажей все
сообщения о происходящих в стране событиях.
Матросы на кораблях заволновались, пришлось снова к
берегу причаливать.4 марта в Севастополе начался всеобщий
митинг.Командующий ЧФ стал на нем самым популярным орато-
ром.Колчак говорил о своем принятии новой власти, о войне до
победного конца, сохранении дисциплины и так далее в духе,
например, так же действовавшего в эти дни командира Гвар-
дейского Флотского экипажа великого князя Кирилла Владимиро-
вича.Тот в Петрограде 1 марта, нацепив красный бант себе на
грудь, привел в Государственную думу свою команду.
Колчак первым дал присягу Временному правительству,
широко провел эту процедуру на флоте.5 марта он организовал
молебен и парад по случаю победы революции.Позднее вице-ад-
мирал присоединился к предложению о торжественном перезахо-
ронении останков одного из руководителей Севастопольского
восстания 1905 года, поднявшего красный флаг на крейсере
"Очаков", лейтенанта в отставке П.П.Шмидта и активно участ-
вовал в данном мероприятии.
Все это потом Колчак комментировал так:
"- Когда совершился переворот, я получил извещение о
событиях в Петрограде и о переходе власти к Государственной
думе непосредственно от Родзянко, который телеграфировал мне
об этом.Этот факт я приветствовал всецело.Для меня было яс-
но, как и раньше, что то правительство, которое существовало
предшествующие месяцы, - Протопопов и т.д.,- не в состоянии
справиться с задачей ведения войны, и я вначале приветствов-
пал самый факт выступления Государственной думы, как высшей
правительственной власти...
Я приветствоал перемену правительства, считая, что
власть будет принадлежать людям, в политической честности
которых я не сомневался, которых знал, и поэтому мог отнес-
тись только сочувственно к тому, что они приступили к влас-
ти.Затем, когда последовал факт отречения государя, ясно бы-
ло, что уже монархия наша пала, и возвращения назад не бу-
дет...Присягу я принял по совести, считая это правительство
как единственное правительство, которое необходимо было при
тех обстоятельствах признать...Я считал себя совершенно сво-
бодным от всяких обязательств по отношению к монархии, и
после совершившегося переворота стал на точку зрения, на ко-
торой я стоял всегда,- что я, в конце концов, служил не той
или иной форме правительства, а служу родине своей, которую
ставлю выше всего, и считаю необходимым признать то прави-
тельство, которое объявило себя тогда во главе российской
власти.
Для меня было ясно, что монархия не в состоянии довес-
ти эту войну до конца, и должна быть какая-то другая форма
правления, которая может закончить эту войну".
Бывший председатель "младотурецкого" кружка Колчак стал
на прочные антимонархистские, февралистские позиции.Респуб-
ликанство Александру Васильевичу было ближе, но, как и Алек-
сеев, и Деникин, ряд других белых вождей, он туманно связы-
вал определение будущего госстроя России с созывом Учреди-
тельного собрания, которое в Сибири потом назовут Народным
собранием.Как и они, военный профессионал Колчак был непро-
фессионален политически.Так и должно быть у людей в погонах,
во всех государствах призванных лишь исполнять приказы влас-
ти.
Другое дело, когда прежней власти нет, а новая не роди-
лась.В такой смуте даже офицерство высшего эшелона идейно
довольно беспомощно.И тогда типичны в их среде школьно-про-
писные разговоры типа:"Служу родине своей".Ведь не констати-
ровать факт требуется, а непредвзято выбирать для Родины
правильную будущность.Какую?Эти "передовые", наиталантливей-
шие офицеры, прямо или косвенно послужившие падению единс-
твенно осмысленно действовавшей тогда власти государя импе-
ратора, сами, увы, плохо себе нужное политразвитие страны
представляли.Как и при императорских эполетах, они надея-
лись, что кто-то эту непривычную им задачку решит.
Пока же командующему Черноморским флотом его превосхо-
дительству вице-адмиралу Колчаку пришлось сотрудничать с
меньшевиком, участником восстания на броненосце "Потемкин"
товарищем Канторовичем, возглавившим выбранный 4 марта на
севастопольском митинге Центральный военный исполнительный
комитет (ЦВИК), который вскоре сольется с Советом рабочих
депутатов порта.Под стать цвиковскому главе был его зам на-
чальник штаба ударной дивизии социалист и демократ полковник
Верховский.
Сорви-голова Колчак неожиданно пластичен в эти дни по
его сотрудничеству с широкими матросскими массами Черно-
морья, где, как и в советах, комитетах, ориентироваться ему
плодотворно помогает полковник Верховский.На Балтике же выс-
шему комсоставу гибкости не хватило: убила матросня команду-
ющего Балтфлотом вице-адмирала А.И.Непенина, других адмира-
лов и офицеров.
С тех пор "матросней" стали именовать многие русские
люди эти самые широкие матросские круги, когда-то создавав-
шие под Андреевским флагом первостепенную славу России.Самые
лихие из резко покрасневших матросиков вскоре перетянут пле-
чищи пулеметными лентами, сдвинут бескозырки на столь же ку-
мачовые от пьянки, приема кокаина лбы и носы, продолжат
дружно швырять за борт командиров.После Октябрьского перево-
рота они гурьбой пойдут в ЧК, станут самыми отчаянными за-
щитниками Советской власти.Не случайно этих в тельняшках во
фронтовых боях белые в плен не брали.
Почему же именно матросы стали главным двигателем боль-
шевистского переворота, самым грозным красным отребьем?Ведь
российский флот усилиями, талантами "младотурков" и другого
"передового" флотского офицерства расцветал, технически воз-
рождался между японской и Первой мировой войнами.А потому
что расцветал всего лишь технически!Не на духовную высоту
подвигали корабельный "пролетариат" и такие умницы, светлые
головы, как Колчак.Неполноценным примером был и великолепный
Александр Васильевич Колчак-Полярный, вожделевший к жене
своего же флотского офицера, столь элегантно издевавшийся в
письмах и над вопросами церковного брака.
В апреле 1917 года Колчака вызвал в Петроград военный
министр Временного правительства А.И.Гучков, затем Александр
Васильевич побывал в Пскове на совещании главнокомандующих и
командующих сухопутными и морскими силами.В Петрограде его
тяжело поразила вооруженная демонстрация 20-21 апреля, кото-
рую "временные" не дали подавить силой командующему столич-
ным военным округом генералу Корнилову.
На псковском совещании Колчак высказал озабоченность
тем, что и ему отказали в таком же способе влияния на воз-
можные в ближайшем будущем черноморские беспорядки.Но он, в
отличие от ряда высокопоставленных армейских коллег во главе
с будущим руководителем путча Корниловым, продолжал верить,
что новое правительство состоит из " политически честных"
людей.Гучков, уловивший это колчаковское настроение, предло-
жил Александру Васильевичу возглавить Балтийский флот и
спасти его от разложения.Колчак ему ответил:
- Если прикажете, то я сейчас же поеду в Гельсингфорс и
подниму свой флаг, но считаю, что дело закончится тем же са-
мым, что у меня в Черном море.События происходят с некоторым
запозданием, но я глубоко убежден, что та система, которая
установилась по отношению к нашей вооруженной силе, и те ре-
формы, которые теперь проводятся, неизбежно приведут к раз-
валу нашей вооруженной силы и вызовут те же самые явления,
как и в Балтийском флоте.
Интересно выглядела в Петрограде встреча Колчака по со-
вету Родзянко с легендарным российским социал-демократичес-
ким лидером Г.В.Плехановым, который тогда был во главе пра-
вых меньшевиков и стоял на революционно-оборонческих позици-
ях.Она лишний раз продемонстрировала политическое дилетанс-
тво Колчака, доходящее до беспомощности, этот бич генералов
и адмиралов как начала, так и конца XX века.Потом Плеханов
рассказывал:
"Был у меня Колчак.Он мне очень понравился.Видно, что в
своей области молодец...Но в политике он, видимо, совсем не-
повинен...Вошел бодро, по-военному, и вдруг говорит:
- Счел долгом представиться вам, как старейшему предс-
тавителю партии социалистов-революционеров.
Войдите в мое положение!Это я-то социалист-революцио-
нер!Я попробовал внести поправку:
- Благодарю, очень рад.Но позвольте вам заметить...
Однако Колчак, не умолкая, отчеканил:...представителю
социалистов-революционеров.Я - моряк, партийными программами
не интересуюсь.Знаю, что у нас во флоте, среди матросов,
есть две партии: социалистов-революционеров и социал-демок-
ратов.Видел их прокламации.В чем разница - не разбираюсь, но
предпочитаю социалистов-революционеров, так как они - патри-
оты.Социал-демократы же не любят отечества, и, кроме того,
среди них очень много жидов...
Я впал в крайнее недоумение после такого приветствия и
с самою любезною кротостью постарался вывести своего собе-
седника из заблуждения.Сказал ему, что я - не только не со-
циалист-революционер, но даже известен, как противник этой
партии, сломавший немало копий в идейной борьбе с нею...Кол-
чак нисколько не смутился.Посмотрел на меня с любопытством,
пробормотал что-то вроде: ну, это не важно,- и начал расска-
зывать живо, интересно и умно о Черноморском флоте, об его
состоянии и боевых задачах.Очень хорошо рассказывал.Навер-
ное, дельный адмирал.Только уж очень слаб в политике".
В конце апреля Колчак вернулся в Севастополь.Сразу соб-
рал свободные от боевой работы команды и выступил перед ними
со своими впечатлениями.Потом прошло делегатское собрание,
на котором командующий сделал доклад "Положение нашей воору-
женной силы и взаимоотношения с союзниками".Свою речь он за-
кончил так:
- Какой же выход из положения, в котором мы находимся,
которое определяется словами "Отечество в опасности"...Пер-
вая забота - это восстановление духа и боевой мощи тех час-
тей армии и флота, которые ее утратили,- это путь дисциплины
и организации, а для этого надо прекратить немедленно домо-
рощенные реформы, основанные на самоуверенности невежест-
ва.Сейчас нет времени и возможности что-либо создавать, надо
принять формы дисциплины и организации внутренней жизни, уже
существующие у наших союзников: я не вижу другого пути для
приведения нашей вооруженной силы из "мнимого состояния в
подлинное состояние бытия".Это есть единственно правильное
разрешение вопроса.
Тогда этой адмиральской речи еще бурно аплодировали,
большевики и анархисты на Черноморье были слабы.Но в мае уже
отказалась от выхода на боевое задание команда миноносца
"Жаркий".Потом так же повели себя матросы миноносца "Но-
вик".Унизительный инциндент для командующего возник из-за
старшего помощника капитана Севастопольского порта гене-
рал-майора береговой службы Н.П.Петрова.Совет порта хотел
арестовать его якобы за корыстные злоупотребления, Колчак
воспротивился, собираясь дать санкцию на этот арест офици-
альному следствию, а не комиссии Совета.Петрова советские
все же сами арестовали.
Приезжал в Севастополь Керенский, ставший в то время
военным и морским министром, но не улучшил положения.
Обвал ситуации начался 27 мая с посещения здешнего пор-
та делегацией балтийских моряков из большевиков и анархис-
тов.Тогда же в Крыму появилась группа видных большевиков,
которым Свердлов дал напутствие:
- Севастополь должен стать Кронштадтом юга.
Их лихие агитаторы орали на митингах:
- Товарищи черноморцы!Что вы сделали для революции?Вами
командует прежний командующий флота, назначенный еще ца-
рем.Мы, революционные балтийцы, убили нашего командующего,
мы заслужили свое святое революционное право!
На одном из митингов во дворе Черноморского экипажа
собралось около пятнадцати тысяч человек.Здесь Колчака назы-
вали прусским бароном, помещиком, мироедом и тому подобными
ходкими определениями.Александр Васильевич не выдержал и за-
явил там, "что если кто-нибудь укажет или найдет" у него
"какое-нибудь имение или недвижимое имущество, или какие-ни-
будь капиталы обнаружит", то он может такое "охотно пере-
дать, потому что их не существует в природе".
На тот раз успокоились, но в начале июня поползли по
Севастополю слухи, что готовит Колчак с офицерами контррево-
люционный мятеж.Стали поговаривать: надо их разоружить и за-
садить под замок.6 июня делегатское собрание черноморцев
постановило:
"Колчака и Смирнова от должности отстранить, вопрос же
об аресте передать на рассмотрение судовых комитетов.Коман-
дующим избрать Лукина, и для работы с ним избрать комиссию
из 10 человек".
М.И.Смирнов был начальником штаба флота, а контр-адми-
рал В.К.Лукин заместителем командующего, которому Колчак тем
же 6 июня приказал вступить в командование Черноморским фло-
том.Потом он отправился на флагманский линкор "Георгий Побе-
доносец", ставший к этому времени "Свободной Россией".
Здесь Александр Васильевич собрал линкоровскую команду,
чтобы попрощаться.Попробовал произнести речь, но она уже ус-
пеха не имела.Судовой комитет бывшего "Георгия Победоносца"
разоружил офицеров корабля, стал требовать, чтобы и Колчак
сдал свое оружие.
Вице-адмирал спустился в свою бывшую каюту, вышел отту-
да с Золотой саблей - его Георгиевским отличием.Колчак
взглянул далеко в море, потом на сгрудившуюся по палубе мат-
росню.Сказал им:
-- Не от вас я ее получил, не вам и отдам.
Швырнул саблю за борт!
В письме А.В.Тимиревой он написал:
"Я хотел вести свой флот по пути славы и чести, я хотел
дать Родине вооруженную силу, как я ее понимаю, для решения
тех задач, которые так или иначе, рано или поздно будут ре-
шены, но бессмысленное и глупое правительство и обезумевший,
дикий, неспособный выйти из психологии рабов народ этого не
захотели".
Вопреки мнению Александра Васильевича, народ из "ра-
бов", что Божьих, что царских, как раз выскочил в те самые
"свободу, братство, равенство", о котором масоны всех стран
мечтали.Поэтому матросский народ даже самых передовых адми-
ралов возненавидел, но Колчаку застила глаза его природная
неуравновешенность так, что он последними словами и Времен-
ное правительство обзывал, которому публично клялся три ме-
сяца назад в верности.
О свершениях Колчака в Черном море, судьбе его флота
один из немецких авторов после войны свидетельствовал:
"Колчак был молодой и энергичный вождь, сделавший себе
имя на Балтийском море.С его назначением деятельность русс-
ких миноносцев еще усилилась...При таких безнадежных для
Турции обстоятельствах начался 1917 год.К лету деятельность
русского флота стала заметно ослабевать.Колчак ушел.Россия
явно выходила из строя союзников, ее флот умирал.Революция и
большевистский переворот его добили".
10 июня 1917 года Колчак прибывает в Петроград.Здесь
Александр Васильевич не скрывает своей солидарности с идеями
генерала Корнилова по оздоровлению армии и флота, бывает на
заседаниях "Республиканского национального центра", подполь-
но сплачивавшего силы для военного переворота.Некоторые сто-
личные газеты провокационно кричат со своих страниц:"Адмирал
Колчак - спаситель России!", "Вся власть - адмиралу Колча-
ку!"Тем не менее, и июнь, и июль Колчак остается не у
дел.Его жестоко угнетает бездействие.
|
|
| |
|