МЕЧ и ТРОСТЬ
16 Янв, 2021 г. - 04:45HOME::REVIEWS::NEWS::LINKS::TOP  

РУБРИКИ
· Богословие
· История РПЦЗ
· РПЦЗ(В)
· РосПЦ
· Апостасия
· МП в картинках
· Царский путь
· Белое Дело
· Дни нашей жизни
· Русская защита
· Литстраница

~Меню~
· Главная страница
· Администратор
· Выход
· Библиотека
· Состав РПЦЗ(В)
· Обзоры
· Новости

МЕЧ и ТРОСТЬ 2002-2005:
· АРХИВ СТАРОГО МИТ 2002-2005 годов
· ГАЛЕРЕЯ
· RSS

~Апологетика~

~Словари~
· ИСТОРИЯ Отечества
· СЛОВАРЬ биографий
· БИБЛЕЙСКИЙ словарь
· РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

~Библиотечка~
· КЛЮЧЕВСКИЙ: Русская история
· КАРАМЗИН: История Гос. Рос-го
· КОСТОМАРОВ: Св.Владимир - Романовы
· ПЛАТОНОВ: Русская история
· ТАТИЩЕВ: История Российская
· Митр.МАКАРИЙ: История Рус. Церкви
· СОЛОВЬЕВ: История России
· ВЕРНАДСКИЙ: Древняя Русь
· Журнал ДВУГЛАВЫЙ ОРЕЛЪ 1921 год
· КОЛЕМАН: Тайны мирового правительства

~Сервисы~
· Поиск по сайту
· Статистика
· Навигация

  
Юрий Екишев “Выжить или спастись? Российская Церковь на пороге тысячелетия”
Послано: Admin 06 Фев, 2007 г. - 12:01
Дни нашей жизни 
РЕДАКЦИЯ МИТ: Публикуем статью мирянина Российской Православной Церкви под омофором Митрополита Антония (Орлова), писателя Ю.Екишева, в данное время – политического заключенного по приговору суда РФ в 2006 году за патриотическую деятельность. В этих размышлениях автора -- шестилетней давности -- упоминается Стефано-Афанасьевский монастырь в Коми под Сыктывкаром около села Вотча – ныне резиденция архиепископа РосПЦ Усть-Сысольского и Северо-Российского Стефана (Бабаева) /в тексте статьи – “о.Стефан”/, указываются попытки МПешного здесь архиерея Питирима закрыть эту когда-то подведомственную ему и непокорную сергианству обитель, храм который был построен усилиями и на средства Ю.Екишева.


Ю.Екишев в зале суда

+ + +
Справка редакции журнала “Континент” об авторе к его повести “Действия ангелов” («Континент» 2001, №110 – http://magazines.russ.ru/continent/2001/110/ekish.html):

Юрий ЕКИШЕВ— родился в 1964 году в Сыктывкаре (Коми АССР). Окончил механико-математический факультет Сыктывкарского государственного университета. До 1989 года работал по специальности, затем занялся религиозно-просветительской деятельностью. Писать начал в конце 80-х годов, дебютировал в “Континенте” (1995, № 85) повестью “Под защитою”. Живет в Сыктывкаре.

+
В последнее время многие так или иначе встретились в своей жизни с церковью. Кто-то окрестился и остановился на этом, другой иногда ходит в церковь по необходимости, при стечении обстоятельств или особых памятных дней, а кто-то активно пытается перестроить свою жизнь на основе почерпнутых в церкви сведений. Жизнью же церкви живут немногие.

Немногие и определяют для себя — что есть церковь? Ограничивается ли она только стенами храма, или же это некая организация, имеющая вес в обществе? Или это вообще нечто другое, большее, описываемое в совсем иных категориях?

На этот счет существует масса заблуждений, перечислить которые вряд ли возможно. “Юридический” же подход с точки зрения регистрации, совершенной ради “кесарева” повеления государства, вообще запутывает дело: РПЦ МП, РПЦЗ, СПЦ, ИПЦ, древлеправославные — кто из них прав и где истина? У тех ли она, кто заявил о себе как о единственно истинно-православных, или у тех, кто зарегистрировался, как положено, и соблюдает внешне всё до единой буквы, при этом то признавая, то не признавая других за православных и отвергая благодатность их таинств?

Спросим и так: у кого мы найдем в основных уставных целях — служение спасению душ, а не проведение шествий, обрядов, богослужений, и т.д.? Кто и как принимал эти уставы? Сейчас, когда можно не скрывать своих отношений к миру или не вульгаризировать их, когда можно открыто сказать, как, согласно святоотеческим примерам, должно принимать то или иное решение и налаживать епархиальное устройство, не превращая Церковь в геронтократическую номенклатурную организацию партийного типа, почему бы хотя бы не попытаться ответить — кто это сделал? И в чем все-таки отличие Церкви от похожих на Нее организаций?

Вспомним слова апостола Павла: “Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, — то я ничто”.

“Вас узнают по любви”. Не по одеждам, не по внешнему соблюдению обряда, не по буквальному исполнению закона. То, что не имеет любви — ничто. Вот единственный критерий, основа для всякого православного, чтобы понять, есть ли данное сообщество — церковь и составляет ли ее народ, хранящий веру во Христа неповрежденной? То есть является ли данное сообщество именно той Церковью, что есть Тело Христово?

Конечно, с точки зрения мира и совокупности мирской мудрости — это безумие: полагать единство в такой казалось бы ненадежной области, как любовь, столь оболганной и поругаемой миром, являющейся объектом постоянных нападок и подмен.

Но тому, кто знает, кто по опыту испытал на себе всю силу этого единства, столь же очевидно и другое — очевидна и радостна вся сила любви, скрепляющая одного к другому в подлинную Церковь, которая никакими вратами адовыми не одолевается. И так же становится ясно, что если сообщество людей, наименовавшихся церковью, вдруг начинает заниматься иными целями более, чем спасением душ — заниматься, например, внешней нравственностью общества, предлагая себя в качестве государственной религии, низводя церковное учение до всего лишь общеморальных принципов, или что еще хуже — быть опорой для чьих-то политических или материальных интересов и так далее — то такое сообщество перестает быть частью Церкви, становясь чем угодно — старой, “как мир”, партией, культурной инициативой, почти сектой — не более.

Отступление от неповрежденного исповедания веры начинается с ослабления того, что скрепляет — любви и соборного разума как основного органа очищения Церкви. На протяжении двухтысячелетней истории Церковь прошла множество бурь и испытаний благодаря своему внутреннему единству (повторю — безумному для мира) и благодаря соборному разуму, врачевавшему болезни и расколы, облекавшему для спасаемых опыт в правила и каноны жизни, четко разграничивающие — чем должно руководствоваться к спасению. “Всяк человек ложь” — и потому разум одного, пусть и бесконечно одаренного человека, не способен вместить полноты благодати спасения.

Но, будучи частью “толпы кающихся грешников”, коей является Церковь согласно Ефрему Сирину, каждый человек является неотъемлемой частью силы, не позволяющей разбить живой организм Церкви на кирпичики пирамиды, в которой архиерейская верхушка отделена от священства, а те отделены от мирян — и все стоят один над другим уже не в силу большей любви, но в силу власти, которая в отсутствие любви является присвоенной, извращением сути иерархии, присвоением благодати в осуждение. Соборный разум должен хранить Церковь от такого разделения и блюсти дарованную благодать от “превращения в скверну”. Только отеческая любовь является основанием для существования иерархии, в которой епископ становится епископом в силу лишь одного — служения и мирянам и священству, а священник священником — в силу служения и Богу и спасаемому народу. Соборное мнение о достойном рукоположении является необходимым условием нормальной жизни Церкви (троекратное: “Аксиос!” — “Достоин!” при рукоположении). Сообществу же, переживающему отсутствие соборности, грозят, как ослабленному организму, все болезни перерождения и возникновения множества расколов — вплоть до индивидуально исповедуемого “собственного православия”, модного ныне среди многих только что пришедших в Церковь. Отсутствие соборного мнения о епископах и священстве является прямым нарушением целостного пути спасения, лествицей без перил и ступенек. 15-е правило Двукратного собора и 3-е правило Третьего Собора прямо говорят о том, что уклонение от подчинения власти архиерея в ожидании трехкратного решения Поместного собора — в том случае, когда епископ исповедует откровенную ересь — является делом благочестивым и православным, поскольку обличается не епископ, а лже-епископ. Поэтому отсутствие соборного мнения по поводу многих вопросов жизни Церкви становится вольницей для единовластия “больших над меньшими”, вместо необходимого служения “больших меньшим”.

Прошедшая впервые за несколько столетий в Российской Церкви попытка реального восстановления соборного разума на Поместном Соборе 1917—1918 гг. и последовавшее переизбрание архиереев показали, сколь необходим был такой глоток воздуха Церкви. И тем более этот опыт актуален для современной Церкви, которой государство вроде бы ничем не грозит, но которая, будучи в своих уставах превращена в “организацию” партийного типа, демонстрируя слабость и всяческую лояльность властям мира сего, не спешит восстановить необходимых истинно церковных норм, о которых хранитель церковной полноты — спасаемый народ — зачастую просто (и намеренно) не ставится в известность. Вместо соборности проповедуются сухие формулы, в которых подменяются понятия, и преподается “жесткая пища” из смеси “послушания превыше всего” и “страха Божия”. Все это эксплуатируется манипуляторами словом подобно друзьям многострадального Иова, утешавших скорбящего “правильными” словами о Боге, которые, однако, лишены были силы сострадания и любви.

Манипуляции “правильным” словом, подмены вместо служения Богу-Слову, эхом повторенные простыми “овцами”, приводят многих к тупику, за которым уже нет спасения: “ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься”. И если смотреть далее, имея в виду опыт и Синодального периода, и нынешний “репринт” того же самого предгрозового ХIХ века и его отжившей риторики, то церковное сообщество (но не Церковь, опять оставшаяся малым стадом) рискует вновь прийти к форме “старой как мир” партии, министерства православного исповедания, служащей приходу к власти тем, кто очень хорошо усвоил словоупотребление во благо своей карьеры. Церковное сообщество, полагающее единство не в любви и духе, а в строгой форме самодовлеющей отчетности и возведенных в правило норм отступления, вновь становится телом не живым, но умирающим, у которого отрезаны органы очищения и приделаны “органы вспоможения” — подобно искусственному сердцу, легким, почкам, к которым подключен лежащий в коме.

Такой грех, как грех отступления от неповрежденного исповедания веры, непросто распознаваемый, тяжело исповедуемый, мало кем различается и озвучивается даже перед самим собой, облекаясь в слова в лучшем случае как частное мнение, но никак уж не соборно. Иначе не было бы этих симптомов отступления и подмены, подступивших так близко к церковным стенам, размывающих церковное сообщество давно. Счет необходимо вести не только от “сергианского” отступления, не только от “ученого монашества” XIX—XX веков, но и гораздо ранее — и с отказа от патриаршества при Петре I, и даже с церковного раскола при Алексее Михайловиче... Дух отступления должен быть обличаем каждым исповедующим себя православным — ради тех, кто его не видит и не чувствует всей опасности. Не человек, но дух должен быть обличаем в полной мере — и это одна из обязанностей православного: “духовный вся судит”.

Казалось, современность уже почти расставила все точки над i, уже разрешены все “недоуменные вопросы” — богословы уже почти все высказали, все определили, уже все приняло какие-то определенные формы. И осталось только выбрать для себя что-то одно, какую-то однозначную форму духовной жизни, чтобы больше уже не задумываться и предоставить жизни самой течь в “правильном” направлении — пусть кто-то другой задается “недоуменными вопросами” и решает их, это только его дело.

Но, оказывается, в молчаливом сознании большинства и скрыта основная проблема. Оказывается, недостаточно просто “записаться” в ряды православия и думать, что спасение обеспечено как бы структурно, в “организованном порядке” — просто повторяй только собственными устами Символ веры...

Но следуют ли ему на самом деле те, кто был крещен (согласно статистике — десятки миллионов нашей страны)? Следуют ли идеалам единства, святости, соборности и апостольства?

Что-то в духовной картине страны заставляет в этом усомниться, что-то у нас явно не так, что-то не могут пока пробиться голоса Максима Исповедника или Максима Грека — тонут в шуме…

(Окончание на следующей стр.)

 

Связные ссылки
· Ещё о Дни нашей жизни
· Новости Admin




<< 1 2 >>
На фотозаставке сайта вверху последняя резиденция митрополита Виталия (1910 – 2006) Спасо-Преображенский скит — мужской скит и духовно-административный центр РПЦЗ, расположенный в трёх милях от деревни Мансонвилль, провинция Квебек, Канада, близ границы с США.

Название сайта «Меч и Трость» благословлено последним первоиерархом РПЦЗ митрополитом Виталием>>> см. через эту ссылку.

ПОЧТА РЕДАКЦИИ от июля 2017 года: me4itrost@gmail.com Старые адреса взломаны, не действуют..