В.Черкасов - Георгиевский “Главком Русской Армии генерал барон П.Н.Врангель”. Очерк пятый из книги “Вожди Белых армий”, глава 2.
Послано: Admin 20 Фев, 2007 г. - 14:48
Белое Дело
|
+ + +
В Ставку из красного Петрограда собирался прибыть во
главе матросского эшелона большевистский главковерх бывший
прапорщик Крыленко.П.Н.Врангель попрощался с офицерами и уе-
хал из Могилева в Крым, где жила его семья.
Женат был Петр Николаевич на дочери камергера Высочай-
шего Двора, фрейлине Их Императорских Величеств, потомствен-
ной дворянке Ольге Михайловне в девичестве Иваненко.Тогда
баронесса О.М.Врангель имела дочерей Елену и Наталью, сына
Петра, а всего у них с мужем после рождения Алексея будет
четверо детей.С начала Первой Мировой войны баронесса всегда
работала в санитарных учреждениях тех частей и соединений,
которыми командовал П.Н.Врангель.
Располагались Врангели в Ялте на своей даче, стоящей на
Нижне-Массандровской улице.В ялтинские окрестности после пе-
реворота перебрались многие их петербургские знакомые, а
также тут находилась вдовствующая императрица Мария Федоров-
на с дочерьми и великими князьями.Но вскоре здесь появились
красные.
Советское руководство предложило генералу Врангелю
должность командующего их крымскими войсками.Петр Николае-
вич, приглашенный на переговоры об этом в Симферополь, там
от такого почета отказался.У него на даче начались обыски и
провокации, а в начале января 1918 года генерала арестовали.
"Контрреволюционером", "врагом народа" заклеймил Вран-
геля его помощник садовника и донес в ревтрибунал, что тот
на стороне татар, с которыми красные воевали.Засадить своего
хозяина доноситель решил, потому что за грубость его супруге
барон вломил ему тростью и выгнал с работы.Не менее реши-
тельная баронесса отправилась с Петром Николаевичем под
арест вместе.
Их увезли к портовому молу, на котором толпилась воз-
бужденная городская рвань и в луже крови валялись два рас-
терзанных трупа.Два дня Врангели сидели с другой "белой
костью" Ялты на борту пришвартованного миноносца, потом в
помещении таможни.Днем генерала допрашивали разные начальни-
ки, а ночами они с Ольгой Михайловной слышали треск расстре-
лов неподалеку.За три дня здесь большевики убили более ста
арестованных.
Генерала Врангеля вместе с женой в конце концов отпус-
тили чудом; вернее - причудой председателя трибунала с гого-
левской фамилией Вакула, который спросил барона:
- За что арестованы?
- Вероятно, за то, что я русский генерал, другой вины
за собой не знаю,- отвечал несгибаемый Врангель.
- Отчего же вы не в форме?Небось, раньше гордились по-
гонами.- Товарищ Вакула перевел взгляд на баронессу Вран-
гель.- А вы за что?
Ольга Михайловна ответила:
- Я не арестована, я добровольно пришла сюда с мужем.
Вакула усмехнулся.
- Вот как?Зачем же?
- Я счастливо прожила с ним всю жизнь и хочу разделить
его участь до конца.
Председатель ревтрибунала поучительно обвел всех взгля-
дом и произнес:
- Не у всех такие жены!- Он упер стволы зрачков во
Врангеля.- Вы вашей жене обязаны жизнью, ступайте.
После этого Врангели устремились подальше от Ялты.От-
пустив почти всю свою прислугу, обосновались в Мисхоре в ма-
ленькой дачке.Здесь они и дождались прихода немецких войск,
оккупировавших Украину по Брест-Литовскому договору с боль-
шевиками.Петр Николаевич потом вспоминал:
"Я испытывал странное, какое-то смешанное чувство.Ра-
дость освобождения от унизительной власти хама и больное
чувство обиды национальной гордости".
Крым оживился, в Мисхоре у своей старой подруги княгини
Долгорукой ежедневно бывала императрица Мария Федоровна, по-
долгу сиживавшая на берегу моря.Но бывший Верховный главком
императорской армии великий князь Николай Николаевич не вы-
ходил из дворца имения "Дюльбер", где находились все члены
царского семейства.Он с самого начала отбрил сделавших ему
визит представителей немецкого командования, настоял иметь
для себя русскую дворцовую охрану.
29 апреля 1918 года (отсюда все даты - по новому стилю)
германское оккупационное командование на Украине провело
"съезд хлеборобов" в Киеве, на котором главу военных форми-
рований Украинской народной республики генерал-лейтенан-
та П.П.Скоропадского "избрали" гетманом Украины.П.Н.Вран-
гель, хорошо знавший новоиспеченного гетмана по совместной
боевой службе на русско-японской и Первой мировой войнах,
решил заехать в Киев к нему в гости по дороге в Минскую гу-
бернию в свое имение, оккупированное теперь польскими войс-
ками.
"Среднего роста, пропорционально сложенный, блондин, с
правильными чертами лица, всегда тщательно, точно соблюдая
форму, одетый Скоропадский внешним своим видом совершенно не
выделялся из общей среды гвардейского кавалерийского офи-
церства", как отмечал Врангель.В Киеве, неоднократно обедая
у этого старого однополчанина, он убедился, что тот нарочито
играет в "щирую Украину" вплоть до разговора на "украинской
мове".
В ответ на предложение Скоропадского о сотрудничестве,
Петр Николаевич сказал:
- Я думаю, что мог бы быть наиболее полезным в качестве
военачальника, хотя бы при создании крупной конницы.К сожа-
лению, поскольку я успел ознакомиться с делом, я сильно сом-
неваюсь, чтобы немцы дали тебе эту возможность...Многое из
того, что делается здесь, для меня непонятно и меня смуща-
ет.Веришь ли ты сам в возможность создать самостоятельную
Украину...
О Добровольческой армии, основанной генералами Алексее-
вым и Корниловым, проделавшей минувшей весной свой Первый
Кубанский поход, прозванный "Ледяным", в котором был убит
Корнилов, до Киева доходили разноречивые слухи.Однажды Вран-
геля пригласил на чашку чая бывший командир 2-го конного
корпуса князь Туманов.Там о добровольцах, которыми теперь
командовал генерал Деникин, рассказывал только что прибывший
с Дона генерал М.А.Свечин.
По словам Свечина, Добровольческая армия после гибели
ее командующего Корнилова была обречена на поражение.Он со-
общил, что остатки белых, не сумевших взять Екатеринодар, в
несколько тысяч отошли в Донскую область; ни средств, ни
оружия Белая гвардия не имеет, среди ее начальников разног-
ласия...
Это тяжело расстроило генерала Врангеля, любившего Кор-
нилова, поклонявшегося гвардейскому.Рассказы генерала Свечи-
ным отсрочили вступление барона Врангеля в Белую борьбу на
Юге России.
Почему М.А.Свечин был столь пораженчески пристрастен
насчет Добровольческой армии?Возможно, потому что этот Миха-
ил Свечин являлся странной личностью, имея еще более "стран-
ного" родного брата Александра Свечина, тоже генерала.Судьбы
этих братьев-генералов, почти ровесников, лишь с марта 1918
года разошлись.
Генерал А.Свечин, в сентябре 1917 года начальник штаба
Северного фронта, в марте 1918 года добровольно вступил в
Красную армию, став помощником начальника Петроградского ук-
репрайона.Потом он будет начальником красного Всероссийского
Главного штаба и профессором Академии Генштаба РККА.В 1938
году этого Свечина его большевистские покровители расстреля-
ют.
Генерал же М.Свечин, в августе 1917 года командир 1-го
кавалерийского корпуса, станет белым генералом, послужит
Донским атаманам Краснову, Богаевскому.В эмиграции будет на-
чальником подотдела РОВСа, благопристойно скончается в 1969
году в Ницце.Печально, что вполне приличный на вид генерал
М.А.Свечин, невольно, что ли, все искажающий вслед за своим
красным братцем, тогда в Киеве сбил барона Врангеля с Белого
дела.
Проехав в Белоруссию, Петр Николаевич расположился в
его имении в Минской губернии неподалеку от Бобруйска, где
уже властвовали германские войска, разоружившие польские
части.
В конце июля 1918 года из писем Врангель узнает, "нес-
мотря на пессимистические сведения Свечина", что "Доброволь-
ческая армия, передохнувши на Дону, казалось, готовится под-
нять весь Кавказ".В начале августа барон снова устремляется
в Киев.
В Киеве русские потрясены большевистским убийством
царской семьи.После отслуженной здесь панихиды монархические
манифестанты столкнулись на улицах с малороссийскими самос-
тийниками.В городе с немецкой помощью формируется Астраханс-
кая (Южная) монархическая армия под лозунгом "За Веру, Царя
и Отечество", цвета ее знамен и знаков отличия: белый, жел-
тый, черный,- как императорского штандарта.
Врангель, считающий, что Астраханское войско "лишь отв-
лечение потока русских офицеров, стремившихся под знамена
Добровольческой армии, продолжавшей геройскую борьбу против
насильников родины и поставившей в основу этой борьбы вер-
ность старым союзникам", ищет контактов с представителями
генералов Алексеева и Деникина.Он встречается с помощником
Верховного руководителя Добровольческой армии генерала
М.В.Алексеева генералом А.М.Драгомировым, следующим в захва-
ченный теперь добровольцами Екатеринодар, где их Ставка, и
договаривается приехать туда, чтобы влиться в борьбу.
В начале сентября генерал Врангель прибыл в Екатерино-
дар.В белой армии Петр Николаевич увидел немало знакомых,
заслуженных офицеров, которые прославятся потом и рыцарями
тернового венца, как называли воинов Белой гвардии.
Например, Врангель близко знал генерала-от-кавалерии
И.Г.Эрдели, бывшего командующего Особой армией на Юго-Запад-
ном фронте, в которую входили войска гвардии.Здесь был также
полковник М.Г.Дроздовский, бывший командир 14-й пехотной ди-
визии, однокурсник Петра Николаевича по Академии Геншта-
ба.Недавно произведенного в генералы Кубанским правительст-
вом В.Л.Покровского барон знал штабс-капитаном авиационных
войск, состоявшего в Петрограде в созданной Врангелем и гра-
фом Паленом офицерской организации.Полковник А.Г.Шкуро пом-
нился барону с Лесистых Карпат есаулом, командиром партизан
- Кубанского конного отряда особого назначения для действий
в тылу на Германском фронте.
О командующем Добровольческой армией генерале Деникине
Врангель тогда высказывал только положительное мнение:
"Он имел репутацию честного солдата, храброго, способ-
ного и обладавшего большой военной эрудицией начальника.Его
имя стало особенно популярным со времени нашей смуты, когда
сперва в должности начальника штаба верховного главнокоман-
дующего, а затем главнокомандующего юго-западного фронта, он
независимо, смело и твердо подымал голос свой на защиту чес-
ти и достоинства родной армии и русского офицерства".
Деникин не раз слышал о Врангеле от генерала Корнилова,
поэтому при их встрече разговор командующего с Петром Нико-
лаевичем сложился своеобразно.Деникин как бы начал размыш-
лять вслух:
- Ну, как же мы вас используем?Не знаю, что вам и пред-
ложить, войск ведь у нас немного...
Действительно, белые тогда насчитывали около 35 тысяч
штыков и шашек при восьмидесяти орудиях, а противостоящая им
Красная Армия Северного Кавказа под командой Сорокина имела
80 тысяч штыков и шашек при ста орудиях.
Сорокалетний барон Врангель ответил:
- Как вам известно, ваше превосходительство, я в 1917
году командовал кавалерийским корпусом, но еще в 1914 году
был эскадронным командиром и с той поры не настолько уста-
рел, чтобы вновь не встать во главе эскадрона.
- Ну, уж и эскадрона...Бригадиром согласны?
- Слушаю, ваше превосходительство.
Так Генерального штаба генерал-майор П.Н.Врангель стал
командиром бригады в 1-й конной дивизии, а через несколько
дней его перевели командующим 1-й конной дивизии Доброволь-
ческой армии.Окончательно утвердят барона на этой должности
в ноябре.
Дивизию "отдали" Врангелю исключением из правил: на ко-
мандные должности у добровольцев всегда выдвигали "первопо-
ходников" - участников Ледяного похода.Но на Петра Николае-
вича у генерала Деникина были особые виды, как пишет в своей
книге "Белые против красных.Судьба генерала Антона Деникина"
бывший воин Добровольческой армии, в эмиграции близкий друг
семьи А.И.Деникина Д.В.Лехович:
"Деникин видел, что в условиях гражданской войны под-
вижность и маневр кавалерии имели первостепенное значе-
ние.Поставив целью создать мощную конницу, он искал челове-
ка, которому можно было доверить дело.Среди тех, кто служил
в его армии, такого человека не имелось, а потому Антон Ива-
нович решил испробовать вновь прибывшего генерала с репута-
цией талантливого и решительного кавалерийского начальни-
ка...
Услуги, которые Врангель оказал армии, оправдали ожида-
ния.С самого начала он показал себя выдающимся кавалерийским
начальником, отлично разбиравшимся в боевой обстановке, уме-
ющим брать на себя ответственность, принимать решения на
месте.Оценив в нем качества полководца - искусство маневра,
порыв и энергию, генерал Деникин, всецело доверяя Врангелю,
с искренней радостью продвигал его по службе.Повышения одно
за другим следовали с невероятной быстротой.
Высокого роста, на голову выше толпы, худой, поджарый,
с зычным голосом, Врангель импонировал войскам своей "деко-
ративной" наружностью и манерой держаться.Он сумел подчинить
себе своевольных и трудных людей вроде Покровского и Шкуро.
С ростом роли Добровольческой армии быстро росла в ней
и роль барона Врангеля".
(Продолжение см. Глава 3.)
|
|
| |
|