В.Черкасов - Георгиевский “Главком Русской Армии генерал барон П.Н.Врангель”. Очерк пятый из книги “Вожди Белых армий”, глава 4, финальная.
Послано: Admin 25 Фев, 2007 г. - 11:38
Белое Дело
|
11 ноября главком генерал барон П.Н.Врангель отдал при-
каз об эвакуации "всех, кто разделял с армией ее крестный
путь, семей военнослужащих, чинов гражданского ведомства, с
их семьями, и отдельных лиц, которым могла бы грозить опас-
ность в случае прихода врага".
В три наиболее крупных порта, где начали грузиться иму-
ществом и эвакуирующимися людьми корабли: Севастополь, Фео-
досия, Керчь,- для охраны порядка вызвали Алексеевское, Сер-
гиевское артиллерийское, Донское атаманское, Корниловское,
Константиновское военные училища из войск, прикрывающих от-
ход.Юнкера оторвались от красных и в два-три дня достигли
намеченных портов.
13 ноября в Севастополе начали грузиться прибывшие из
Симферополя эшелоны.В это время по Крыму, согласно директиве
Врангеля, белый фронт отходил почти без соприкосновения с
противником и находился в тот день около Сарабуза.
Утром 14 ноября Врангель и командующий флотом вице-ад-
мирал М.А.Кедров объехали на катере в Севастопольской бухте
заканчивающие погрузку суда.Снялись последние заставы, юнке-
ра выстроились на портовой площади.
Вышедший к ним барон Врангель поблагодарил белую моло-
дежь за славную службу и сказал:
- Оставленная всем миром обескровленная армия, боровша-
яся не только за наше русское дело, но и за дело всего мира,
оставляет родную землю...
Перед тем, как в последний раз взойти на борт с русской
земли, Петр Николаевич припал к ней и ее поцеловал.
Утром 15 ноября корабли из Севастополя прибыли в Ялту,
где погрузка тоже закончилась, улицы были пустынны.Для обес-
печения здесь спокойствия белая конница, прикрывая отход пе-
хоты, сдерживала красных, а потом, быстро оторвавшись, уси-
ленными переходами отошла к Ялте.Большевистские части значи-
тельно отстали, они могли появиться тут не ранее следующего
утра.
Из Ялты днем флотилия во главе с крейсером "Генерал
Корнилов", на борту которого был генерал Врангель, пошла на
Феодосию.За русским флагманом следовал французский адмирал
Дюмениль на своем крейсере в сопровождении миноносца.
16 ноября утром белая эскадра встала на якорь в Феодо-
сийском заливе.Врангель принял радио, что в Керчи погрузка
успешно заканчивается.После недавней жесточайшей стужи в
Крыму вдруг потеплело, на солнце было жарко.Замершее море,
словно б "на вечную память" зеркалом отражало голубизну не-
ба.
В два часа дня крейсер адмирала Дюмениля
"Waldeck-Rousseau" ударил орудийными залпами в 21 выстрел -
последний салют в русских водах русскому Андреевскому флагу,
реющему на крейсере под символичным именем "Генерал Корни-
лов"...
В Керчи казаки на берегу плакали, прощаясь со своими
конями.Пряча глаза, снимал со своего боевого друга чубатый
казачий офицер седло и уздечку.Конь вел ушами, жалобно
всхрапывал и уже сиротливо озирался.Казак кусал твердые губы
под обвисшими усами и вдруг горячечно заговорил:
- Васенька, Васька!Вывозил ты меня из беды...Пятьдесят
красных на тебе я срубил!И что ж?Оставляю тебя для этой сво-
лочи...- Офицер зажал руками лицо и закачался, потом вздер-
нул голову и прямо глянул в блестящие конские глаза.- Смот-
ри, брат!Не вози красного!Сбей эту мразь с седла, как каждо-
го ты сбивал, пока я не овладел тобой...
С 13 по 16 ноября из крымских портов Севастополь, Евпа-
тория, Керчь, Феодосия, Ялта вышло 126 судов, на которых уп-
лыло в Константинополь 145 693 человека, не считая судовых
команд, как указывал генерал Врангель.В их числе было около
10 тысяч офицеров, 2 тысяч солдат регулярных частей, 15 ты-
сяч казаков, 10 тысяч юнкеров военных училищ, более 7 тысяч
раненых офицеров, 35-40 тысяч офицеров и чиновников тыловых
учреждений и 55-60 тысяч гражданских лиц, значительную часть
из которых составляли семьи офицеров и чиновников.
Как это у Георгия Адамовича?
Над Черным морем, над белым Крымом
Летела слава России дымом.
Над голубыми полями клевера
Летели горе и гибель севера.
Летели русские пули градом,
Убили друга со мною рядом.
И ангел плакал над мертвым ангелом.
Мы уходили за море с Врангелем.
+ + +
На ставшей советской земле Крыма началась большевист-
ская расправа, хотя еще 11 ноября 1920 года командующий
красным Южным фронтом Фрунзе с его подручными: бывшим воен-
нопленным прапорщиком австро-венгерской армии Б.Куном и
Смилгой,- распостранил воззвание, что сдавшиеся белые полу-
чат амнистию и крымское население с приходом большевиков не
пострадает.Поэтому после ухода кораблей Врангеля здесь оста-
лось около ста тысяч белых, многие из которых поверили Фрун-
зе.Но истинной была секретная шифрованная телеграмма от 16
ноября, подписанная Дзержинским, адресованная начальнику
Особого отдела Юго-Западного и Южного фронтов Манцеву:
"Примите все меры, чтобы из Крыма не прошли на материк
ни один белогвардеец...Будет величайшим несчастьем республи-
ки, если им удастся просочиться".
Массово красные расстреливали в Симферополе и Керчи, по
другим крымским местам.Как это происходило в Феодосии, где
особенно любил рисовать море знаменитый Айвазовский?
Утром 16 ноября в Феодосию вошли части 9-й стрелковой
дивизии во главе с популярным и впоследствии в СССР комму-
нистом Николаем Куйбышевым.Они тут же "взяли в плен" 12 ты-
сяч человек "неблагонадежных" - все городское население.Сра-
зу же сформировали Военно-революционный комитет (ВРК) Феодо-
сийского уезда.Его председателем по личному приказу предсе-
дателя Крымского ревкома Б.Куна назначили товарища Жеребина.
В ночь с 16 на 17 ноября наперсник Куйбышева, комиссар
9-й стрелковой дивизии Моисей Лисовский приказал расстрелять
на городском железнодорожном вокзале сто белых солдат, офи-
церов базы формирования и команды выздоравливающих 13-й пе-
хотной дивизии Русской армии.Их, безоружных, с еще не зале-
ченными ранами, ожидающих "амнистию", убили за то, что 13-я
дивизия Врангеля неоднократно геройски билась на полях Се-
верной Таврии с 9-й стрелковой, чего не мог забыть злопамят-
ный ублюдок-комиссар.
17 ноября в Феодосии расклеили приказ Крымревкома, по
которому надлежало "всем офицерам, чиновникам военного вре-
мени, солдатам, работникам в учреждениях Добровольческой ар-
мии... явиться для регистрации в 3-х дневный срок".В городе
нашлось четыре с половиной тысячи человек, которые зарегист-
рировались, все еще полагаясь на "слово" Фрунзе.Через двое
суток их начали "перерегистрировать": погнали под конвоем в
Виленские и Крымские казармы.
Повально заработала красная мясорубка.В концлагере на
Карантине было заключено четыреста железнодорожных рабочих с
семьями, присоединившихся к белой армии еще в 1919 году в
занятом ею Курске.В ночь с 19 на 20 ноября всех их с женами
и детьми другие пролетарии со звездами на лбу вывели на мыс
Святого Ильи и расстреляли.
Арестованных при "перерегистрации" в тюрьмах-казармах
разбили на две основные группы: "чисто белые" и "бело-крас-
ные" - те, кто когда-либо успел послужить у большеви-
ков."Чисто белых" гнали по сто пятьдесят - триста смертников
на мыс Святого Ильи или за городское кладбище, где расстре-
ливали из пулеметов.Бывало, что обреченных связывали колючей
проволокой и топили за Чумной горой в море.На Святом Илье
убитых сваливали в три оврага.
"Красно-белым" предлагали вступить в Красную армию.Не-
согласных и отказавшихся по другим причинам уничтожали, а
завербовавшихся отправляли в лагеря особых армейских отделов
под Керчью, Бахчисараем, Симферополем, Джанкоем, где... все
равно расстреляли, так как не хватало солдат для их охраны и
кормежки.
В конце ноября в Федосии смертников стали ставить прямо
к стенкам Виленских казарм.Перестали церемониться, потому
что для централизации "ликвидаторства" по неоднократным тре-
бованиям председателя Крымревкома Б.Куна и не меньшей изу-
верки - политотдельщицы Землячки-Самойловой (Розалии Зал-
кинд) сформировалось Крымское ЧК во главе с председателем
Реденсом, начальником оперотдела Я.Бизгалом, комендантом Па-
паниным.
В начале декабря 1920 года в Феодосию на смену 9-й
стрелковой дивизии пришли новые каратели 46-й стрелковой ди-
визии, командовал которой уже известный феодосийцам палач
бывший прапорщик И.Федько, устроивший здесь с другими боль-
шевиками зимой 1918 года кровавую баню.Особый отдел, баталь-
он "Осназ" (особого назначения) и комендантские команды этой
дивизии состояли на 70 процентов из эстонцев, набранных в
нее из недавно распущенной красной Эстонской стрелковой ди-
визии.
Дивизионные особисты вместе с местным отделом ЧК раз-
местились в доме-картинной галерее И.К.Айвазовского, при пь-
яном новоселье исколов штыками несколько полотен масте-
ра.Масштабы феодосийских расстрелов резко увеличились и ста-
ли еженощны.В это время здесь за оградой городского кладбища
расстреляли сына русского писателя И.С.Шмелева белого офице-
ра Сергея Шмелева вместе с капитаном Иваном Шмаковым.
В конце декабря по инициативе председателя Феодосийско-
го ревкома Турчинского и товарища Нужбина стали арестовывать
и "буржуев", зарегистрировавшихся на бирже труда: тоже для
"ликвидации".Немного отдыхали каратели в апреле 1921 года,
но с мая продолжили казнить с новым подъемом вплоть до ок-
тября.Около восьми тысяч человек убили только в Феодосии, а
по всему Крыму, как указывал исследователь русского Зару-
бежья С.П.Мельгунов,- сто двадцать тысяч русских людей.
Рвы, овраги, низины с расстрелянными для сокрытия боль-
шевики засыпали сначала негашеной известью, а сверху - зем-
лей.Но и в конце 1990-х годов весенние крымские дожди вымы-
вали из почвы их кости.
|
|
| |
|