МЕЧ и ТРОСТЬ
16 Янв, 2021 г. - 04:30HOME::REVIEWS::NEWS::LINKS::TOP  

РУБРИКИ
· Богословие
· История РПЦЗ
· РПЦЗ(В)
· РосПЦ
· Апостасия
· МП в картинках
· Царский путь
· Белое Дело
· Дни нашей жизни
· Русская защита
· Литстраница

~Меню~
· Главная страница
· Администратор
· Выход
· Библиотека
· Состав РПЦЗ(В)
· Обзоры
· Новости

МЕЧ и ТРОСТЬ 2002-2005:
· АРХИВ СТАРОГО МИТ 2002-2005 годов
· ГАЛЕРЕЯ
· RSS

~Апологетика~

~Словари~
· ИСТОРИЯ Отечества
· СЛОВАРЬ биографий
· БИБЛЕЙСКИЙ словарь
· РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

~Библиотечка~
· КЛЮЧЕВСКИЙ: Русская история
· КАРАМЗИН: История Гос. Рос-го
· КОСТОМАРОВ: Св.Владимир - Романовы
· ПЛАТОНОВ: Русская история
· ТАТИЩЕВ: История Российская
· Митр.МАКАРИЙ: История Рус. Церкви
· СОЛОВЬЕВ: История России
· ВЕРНАДСКИЙ: Древняя Русь
· Журнал ДВУГЛАВЫЙ ОРЕЛЪ 1921 год
· КОЛЕМАН: Тайны мирового правительства

~Сервисы~
· Поиск по сайту
· Статистика
· Навигация

  
Из рассказов белого штабс-капитана И.Бабкина: “Расстрел своего” -- Рассказ второй
Послано: Admin 03 Ноя, 2007 г. - 14:11
Белое Дело 

Но до утра следующего дня было далеко. Полдня, вечер, целая ночь. В комнате Гроссе и корнета Патрикеева дым коромыслом, ругань площадная. Собрались, бренчат бутылками от портера. Я подошел к двери, услышал хриплый и сильный голос Сергиевского:

-- Что? Нас, боевых офицеров и в расстрельную команду? Эти с.. сыны...
-- Не горячись, Алексей! Был трибунал. Маталова тоже выслушали...
-- Лизали себе муде эти трибунальцы! - это уже Вика Крестовский.
-- Тише, Вика, генерал Зайцевский на этом же этаже...
-- А мне плевать, Саша! Я - первопоходник, у меня есть все права...
-- Что-то и позже, под Армавиром, Ставрополем да у Тихорецкой я не видел этого генерала, - сказал Кугушев.
-- Господа, оставьте. Дался вам генерал. Дело не в нем, а в том, что есть субординация и есть приказ...
-- Если приказ заведомо преступный...
-- Корнет, опять вы со своими юридическими закавыками!
-- Господа, господа... Дайте мне слово!
Это голос Гроссе.
-- Скажите, Гроссе, ваше слово!
-- Я внимательно перечитал все газеты. Знаете, чего нам не договаривают? Того, что за этого Гоца делегировались от торговых кругов. Они грозятся не дать армии денег...
Что? С.. дети... Денег не дать? Мы за них кровь свою льем...

Тут я вошел в комнату.
-- Господа офицеры!

Все поднялись передо мной как старшим. Обычно я не требую этого. Это вообще против традиций нашего Офицерского батальона. Но тут была особая ситуация. Я подождал, пока не поднялся даже наш славный разведчик Вика Крестовский.
-- Господа, всякое обсуждение приказа до его исполнения есть нарушение Устава. Приказываю вам сейчас же разойтись. Завтра подъем в пять утра.

Офицеры молчали. Дым от папирос скрывал их лица, обоженные солнцем, высушенные ветрами. Но я чувствовал их несогласие. И не мог не разделить его -- втайне.
-- Еще раз, господа! Приказываю сейчас же всем разойтись и больше не собираться.

Офицеры подтянулись. Армейская привычка оказалась сильнее.

-- Спокойной ночи, Иван Аристархович.
Это Вика, проходя мимо. Чином - выше меня. Но не прекословя, потому как я - начальник.
-- Спокойной ночи, господин капитан.

Не знаю, что повлияло на меня. Но спал я, как убитый. Ни сновидений, ни ворочаний. Лег на мягкую постель и тут же ушел во тьму. В половине пятого вахтенный казак постучал в дверь:
-- Ваше благородие! Вы приказали разбудить...
-- Хорошо, я уже встал, братец!

Плеснул себе в лицо из кувшина. Потрогал щетину. Тоже третий день, надо бы побриться, но... Оставил эту мысль. Оделся, обулся, затянул ремни, вышел в коридор. Из соседних нумеров выходили мои офицеры. В глаза не смотрели. Выполняли приказ.

Вышел Вика Крестовский, чашка с кофе в руке, сам сварил себе на спиртовке. Появились Сергиевский и Кугушев, Гроссе и Фролов, Патрикеев и Лебедев. Потом вышли Сабельников с Никитиным. Последним показался подпоручик Беме, белокурый, улыбчивый, один из любимчиков Вики Крестовского - любил Вика смелых людей.

Грузовой мотор подъехал ровно в пять. Мы залезли в него. Я сел рядом с прапорщиком-шоффером. Города мы хорошо не знали и поэтому положились на него. Однако даже в предутренней синеве я увидел, что поехали мы не к казармам саперного батальона, а куда-то к самому центру.

-- Вы знаете, куда нам надо? - спросил я шоффера.
-- Так точно, господин штабс-капитан. Приказ полковника Лепницкого - прибыть с вами в расположение комендантской роты.

Через десять минут мы въезжали в серое приземистое здание городской тюрьмы и гауптвахты. Солдат у будки проверил документы у шоффера.

На внутреннем дворе гауптвахты нас встретила группа офицеров. Один из них был во французской форме. Остальные - в английских френчах и русских кителях. Выделялся между ними генерал Зайцевский, дородный, крупный, властный. Рядом около него стоял полковник Лепницкий. Он увидел нас, сразу пошел навстречу. Отдал честь, здороваясь.
-- Господа! Генерал Зайцевский желал бы переговорить с вами.

Генерал тоже двинулся к нам, сопровождаемый всей небольшой свитой. Среди них я заметил ротмистра Штиммера. Позади всех шел священник, старенький, в жидкой бороденке, с крестом на впалой груди. Электрические фонари освещали площадку, на которой мы стояли. Француз был в усиках, с колючим неприятным взглядом. Русские отводили глаза.

Я сделал два шага по направлению к генералу, приложил ладонь к козырьку. Сделал доклад:
-- Ваше Правосходительство! Штабс-капитан Бабкин. Группа офицеров отдельного Офицерского батальона прислана под моим начальством в ваше распоряжение.

Зайцевский важно кивнул, протянул мне руку. Его ладонь была крупная, сильная.
-- Здравствуйте, штабс-капитан. Здорово, братцы-ударники!

С чего это он так к нам обратился? Мы не были ударниками. Мы всегда, с самого начала были Офицерским батальоном. Мы воевали бок-о-бок с корниловцами, с «дроздами», с кубанцами. Но мы никогда не переставали быть самими собой - чинами отдельного Офицерского батальона.

-- Позорить мундир офицера непозволительно никому, - тут же начал свою речь Зайцевский. -- Мы - армия освободителей, а не банды красных преступников. И когда кто-то из нас, Русских офицеров, в нарушение присяги и закона, совершает тяжкий проступок, он должен отвечать по законам военного времени. Есаул Маталов, приговоренный трибуналом к расстрелу, совершил таковой проступок. Он запятнал святое знамя Русской армии, он нарушил присягу. Вам поручено приказом Главнокомандующего привести приговор военного трибунала в исполнение. Выполняйте приказ!

Тут же выступил полковник Лепницкий.
-- Господин штабс-капитан, ведите отделение за мной для получения оружия.

Мы двинулись за ним. Без какой-либо команды со моей стороны. Сначала пошли вразнобой, потом стали «держать» шаг.

В оружейной комнате гауптвахты офицерам выдали винтовки. Они были новенькие, хорошо смазанные. Выдали каждому по три патрона.

Назад, на внутренний двор мы вышли уже строевым шагом. Четко печатая каждый удар сапога. Все молча. Между собой ни слова. Даже не смотрим. Тяжело! Серое утро быстро окрашивалось в нежный розовый цвет. Солнце вставало за стенами тюрьмы. Но еще не было видно.

Мы встали шеренгой. Я с краю.

Из бокового проема гаупвахты двое солдат под командой вахмистра вывели человека. Он был в одной белой рубашке. Руки связаны сзади. Синие казачьи брюки с красными лампасами заправлены в жарко начищенные сапоги. Шел высоко подняв голову. Даже словно бы улыбался. Потом встретился глазами с нами. Еще выше поднял голову.

-- Офицеры? - спросил громко.
-- Да, офицеры, - сказал я вне всякой субординации.
-- Хорошо.

Полковник Лепницкий быстро подошел ко мне.
-- С осужденным не полагается разговаривать.
-- Я этого не знал, господин полковник.

Солдаты тем временем подвели Маталова к стене. Это была кирпичная кладка, поверху покрытая слоем серой штукатурки. Там и сям на ней были видны пулевые отметины. Значит, не раз уже возле нее проводились подобные экзекуции.

Солдаты оставили есаула у стены. Сами отошли. Тюремный священник подошел к есаулу. Стал говорить с ним. Потом подал крест. Есаул поцеловал его. Священник, явно удовлетворенный, отошел.

Полковник Лепницкий стал читать еще раз приговор.
-- ... военно-полевой суд в составе... приговорил бывшего есаула Маталова...

 

Связные ссылки
· Ещё о Белое Дело
· Новости Admin




<< 1 2 3 >>
На фотозаставке сайта вверху последняя резиденция митрополита Виталия (1910 – 2006) Спасо-Преображенский скит — мужской скит и духовно-административный центр РПЦЗ, расположенный в трёх милях от деревни Мансонвилль, провинция Квебек, Канада, близ границы с США.

Название сайта «Меч и Трость» благословлено последним первоиерархом РПЦЗ митрополитом Виталием>>> см. через эту ссылку.

ПОЧТА РЕДАКЦИИ от июля 2017 года: me4itrost@gmail.com Старые адреса взломаны, не действуют..