ОБЩЕЕ ОГЛАВЛЕНИЕ КНИГИ [1]
Часть четвертая (1905-1914 г.г.) “ПОЛКОВНИК ГЕНШТАБА”. Глава 1 “Сибирские "республики". Последствия революции. Опять в Варшаве. Саратов”.
ПРОДОЛЖЕНИЕ публикации полного текста книги “Генерал Деникин”. НАЧАЛО: Часть первая (1872 -1892 г.г.) "Сын офицера". Глава 1 [2] Глава 2 [3], а также Часть вторая (1892-1902 г.г.) “Аксельбанты”. Глава 1 [4] Глава 2 [5], а также Часть третья (1902-1905 г.г.) “Деникинская сопка”. Глава 1 [6] Глава 2 [7]
ОКОНЧАНИЕ: Часть девятая “Изгнанник”: Глава 1-я (1920– 1928 г.г.) [8] Глава 2-я (1928–1932 г.г.) [9] Глава 3-я (1932–1938 г.г.) [10], а также Часть десятая, финальная "Россия спасется!":Глава 1-я (1939–1943 г.г.) [11] Глава 2-я (1943–1945 г.г.) [12] Глава 3-я (1945–1947 г.г.) [13]
В Харбине ноябрем 1905 года полковник Деникин попал в
море страстей.Здесь был центр управления Китайских железных
дорог, средоточие тыловых армейских учреждений и солдатской
массы, подлежащей обратной переброске на "материк".
Изданный императором Манифест от 17 октября, наконец
давший России конституцию, ударил вином в голову.Люди не
удовлетворились, успокоились, а взволновались во всю ширь
русского сердца.Многие ринулись к "полным" свободам и власти
народа.На Дальнем Востоке в этот сумбур оживленно вмешались
марксисты.Они не возглавили революционные действия, но отде-
ления местных социалистических партий сыпали кучами поста-
новлений и воззваний.
Их ораторы надрывались на митингах:
- Долой лишенное доверия самодержавное правительст-
во!Долой его здешних гражданских и военных сатрапов!Вся
власть - народу!
Далеко вперед по Транссибу уже действовали "революцион-
ные комитеты", "советы рабочих и солдатских (тыловых) депу-
татов", "забастовочные комитеты".Из Читы, Иркутска, Красно-
ярска сообщали о создании там "республик"."Смешанные забас-
товочные комитеты" фактически захватили власть над желез-
ной дорогой.Во Владивостоке солдатская и городская толпа
арестовала коменданта крепости генерала Казбека.
В Харбине начальник тыла армии генерал Надаров не при-
нимал никаких мер против самоуправства.В полной растеряннос-
ти был штаб главнокомандующего генерала Линевича.Он, отре-
занный от России почтово-телеграфными забастовками, вел пе-
реговоры с забастовочным комитетом Восточно-Китайской желез-
ной дороги и уступал его требованиям...
"Левоуклонный" полковник Деникин хватил этого хмеля
после опубликования Манифеста еще в отряде Мищенко.Старший
адъютант штаба капитан Хагандоков, не афишируя, созывал не-
которых офицеров для обсуждения его проекта "Офицерского со-
юза".Деникин был на двух таких собраниях и со вниманием слу-
шал об офицерском сообществе на выборном начале, целенаправ-
ленном на оздоровление армии.Не понравилась ему форма осу-
ществления идеи: что-то вроде "офицерского совдепа", несрод-
ное иерархическому военному строю.Деникин в его основатели
не пошел, а мищенковские "революционеры" рьяно взялись за
дело.
В мае 1906 года в Петербурге, по разрешению военного
министра Редигера, пройдет заседание этого общества, назван-
ного "Обновление".На его первом открытом собрании будет
большая офицерская аудитория, решившая, что сюда записался
сам генерал Мищенко.Председатель "Обновления" капитан Хаган-
доков неверный слух рассеет и изложит устав и программу сою-
за: самообновление и самоусовершенствование; подготовка кад-
ров, соответствующих современным требованиям войны; борьба с
рутиной и косностью, "принесшими так много горя Государю и
Отечеству".Но все это военный министр не утвердит и "Обнов-
ление" исчезнет.
От программного словечка "самоусовершенствование" явно
попахивало масонством, что резко аукнется Деникину в эмигра-
ции.
В 1928 году во втором номере советского журнала "Катор-
га и ссылка" бывший офицер Мстиславский опубликует свои вос-
поминания об этом военном обществе, в котором он якобы был в
руководителях.Также Мстиславский укажет:
"В рядах тайного офицерского революционного союза 1905
года числился, правда, очень конспиративно, ничем себя не
проявляя, будущий "герой контрреволюции" Деникин.Он был в то
время на Дальнем Востоке, и его вступление в союз в высоких
уже чинах произвело на дальневосточных товарищей наших чрез-
вычайное впечатление".
Парижская эмигрантская газета "Последние новости" не-
медленно процитирует эти строки советского автора.Деникин
пошлет в газету опровержение:
"Всю жизнь работал открыто, ни в какой ни тайной, ни
явной политической или иной организации никогда не состоял,
ни с одним революционером до 1917 года знаком не был; а если
кого-нибудь из них видел, то только присутствуя случайно на
заседаниях военных судов".
В 1942 году, когда Деникин будет жить на юге Франции
под немецкой оккупацией и наблюдением комендатуры, в гитле-
ровской газете "Парижский Вестник", выходящей на русском
языке, появится статья бывшего полковника Феличкина.Он обли-
чит роль "жидомасонов" в русской революции и приведет ту же
цитату Мстиславского, прокомментировав:
"Ярый противник сближения России с Германией Деникин,
парализуя дальновидную политику ген. П.Н.Краснова, на наших
глазах уже перешел в жидомасонский лагерь".
Мстиславского и Феличкина Антон Иванович назовет "про-
вокаторами".Мне эту перебранку комментировать не хочется, но
необходимо отметить, что до 1917 года Деникин, действитель-
но, " 1ни с одним революционером 0знаком не был".Познакомился
он "академистом" Генштаба с двумя революционерками и принял
у них на хранение чемоданы с нелегальщиной...
Главным образом в Харбине бунтовали демобилизуемые за-
пасные солдаты.А бесчинство по всему армейскому тылу задава-
ли возвратившиеся из японского плена, их там распропаганди-
ровали оголтело настроенные солдаты и матросы.Эти политичес-
кими и социальными вопросами мало интересовались, плевали на
листовки и митинговые речи, коротко рявкая:"Долой!"Посылали
по матушке и свое, и комитетское начальство, требуя немед-
ленного, без всякой очереди возвращения домой.До хаоса на
сибирской "железке" в десять тысяч километров им никакого
дела не было.
Местные военные и гражданские администраторы оглушились
свалившимся Манифестом, ничего не понимая в новых госфор-
мах.Из-за прерванной связи со столицей, отсутствия "указа-
ний" панически прислушивались и к слухам, что "царя скину-
ли".Главком, имеющий нерасшатанные войска маньчжурцев для
наведения тылового порядка, сдался буйству и требованиям
"железнодорожного комитета"."Папаша" Линевич отменил четкую
эвакуацию целыми частями по корпусам и приказал начать пере-
возку всех запасных.
Главком Линевич мог бы организовать продовольственные
пункты вдоль магистрали и посылать эти оравы в сопровождении
штатных вооруженных команд, но отпустил одних, и им стали
выдавать кормовые деньги - на весь путь!Суммы эти пропива-
лись прямо на Харбинском вокзале или на ближайших станци-
ях.Потом лихие запасники продавали свой солдатский скарб,
позже их голодные толпы, вываливаясь из составов, грабили и
громили станционные буфеты, вокзалы, полустанки.
В это самое бурное время, с ноября 1905 по январь 1906
года, Деникин направлялся в Петербург на почтовом поезде,
набитом солдатами, офицерами, откомандированными железнодо-
рожниками.
Когда состав прибыл в Читинскую "республику", выясни-
лось, что местные власти всецело бездействуют, некоторый
контроль взял на себя "революционный" Читинский полк, стоя-
щий в городе.Не говоря о солдатах, весь его офицерский сос-
тав во главе с командиром выразил сочувствие "передаче влас-
ти народу" и постановил:"Позорно подавление какой бы то ни
было политической партии силою оружия...В случае беспоряд-
ков, угрожающих кровопролитием, впредь до сформирования ми-
лиции, принять участие в предупреждении братоубийственной
войны".
Находящийся здесь военный губернатор Забайкалья генерал
Холщевников отдал комитетам вагоны с тридцатью тысячами вин-
товок для организуемой ими "народной самообороны", передал
почтово-телеграфную службу, утверждал все постановления сол-
датских митингов, называя местных социал-демократов "партией
порядка".
Выплеснутое солдатской море "царевало" и дальше по
трассе.Но комитетчики "республик", взмыленные саранчой за-
пасных из поездных накатов, запутывались и в бессилии оста-
навливали "железку".В Иркутске скопилось тридцать воинских
эшелонов и несколько пассажирских поездов.
Состав Деникина уперся в Иркутске на несколько дней.До
этого поезд все же делал 100-150 километров в сутки.Над ним
потешались несущиеся по сторонам эшелоны запасников, они
его, бывало, не выпускали со станций.Однажды утром пассажиры
проснулись на том же полуразрушенном полустанке, без буфета,
воды, где и заснули.Оказалось, у запасной солдатни из проез-
жавшего эшелона сломался паровоз и она отцепила их локомо-
тив, устремившись на нем дальше.
Ясно стало, что на благородстве далеко не уедешь.Четве-
ро полковников с Деникиным, едущих этим поездом, собрались
на "рекогносцировку".Старшим выбрали командира одного из си-
бирских полков и объявили его комендантом состава.Собрали у
офицеров револьверы, вооружили ими караул на паровоз, дежур-
ную офицерско-солдатскую часть, в каждом вагоне назначили
старшего.
Кинули клич и собрали с пассажирского общества пожерт-
вования для суточных в шестьдесят копеек солдатам нарядов,
которых сразу с излишком набежало.Против "военизирования"
запротестовали только два "революционных" вагона с железно-
дорожниками.
Команда боевого поезда отцепила паровоз с первого же
эшелона, идущего не по расписанию.Состав под командой четы-
рех полковников набрал полный ход.
На летящий стрелой поезд обрушились по всему его "рей-
ду".Сзади гнались эшелоны для расправы, извещенные впереди
составы поджидали, чтобы преградить путь.Но когда револьвер-
но ощеренный экспресс влетал на станцию, засада отступа-
ла.Слишком отчаянными были офицеры на подножках.Доставалось
камнями и поленьями только по окнам.
Помятый в стычках поезд наматывал длинные версты.На не-
го сплошь взъярилась попутная трасса с комитетчиками.Началь-
ников следующих станций терроризировали телеграммами:"Оста-
новить во что бы то ни стало!"Подъезжая к ним, офицеры
"стрелы" на площадках внимательно проверяли револьверные ба-
рабаны.Врывались на громыхающих буферах, сметая все на пу-
ти!Иногда при приближении этого поезда весь станционный пер-
сонал убегал в лес.
Более месяца "набег" резал к Уралу и наконец перевалил
его.Всем хотелось попасть домой на Рождество, но под Самарой
пришлось стать у семафора.Пути забиты - забастовка машинис-
тов...Не успели оглянуться, как исчез из-под караула и их
машинист.
Задумались офицеры: плохо дело, вести состав некому.Как
вдруг доложилась им "конспиративная" делегация из своих "ре-
волюционных" вагонов."Революционерам"-железнодорожникам дома
справить Рождество тоже хотелось, их старший заявил:
- Есть у нас парочка машинистов...Только, чтобы не быть
нам в ответе перед товарищами, вы, господа, возьмите их си-
лой.
Этого права господам офицерам того времени было еще не
занимать.Снарядили конвой за указанными машинистами, выво-
локли и поставили их на паровоз.Дежурному по станции Самара
телефонно передали:
- Через полчаса поезд полным ходом пройдет через стан-
цию, не задерживаясь.Чтоб путь был свободен!
Проскочили и здесь.Добрались в Петербург в самый со-
чельник.
Позже Антон Иванович отмечал:
"Этот "майн-ридовский" рейд в модернизированном стиле
свидетельствует, как в дни революции небольшая горсть смелых
людей могла пробиваться тысячи километров среди хаоса, безв-
ластия и враждебной им стихии попутных "республик" и озвере-
лых толп".
+ + +
В Петербурге, в Главном управлении Генерального штаба
Деникина, как и других фронтовиков, ожидал сюрприз.Тут, не
дожидаясь прибытия боевых офицеров из расформируемых мань-
чжурских армий, заместили все генштабистские вакансии кем
попало.Набрали или младших по службе, не нюхавших пороха,
или давненько прибывших с войны, но так и не вернувшихся на-
зад.Этих приехавшие фронтовики кликали "воскресшими покойни-
ками".
Ставка главкома Маньчжурской армии еще до отъезда Дени-
кина телеграфировала сюда о предоставлении ему должности на-
чальника штаба дивизии, но полковник главка, ведающий назна-
чениями, разводил руками, утверждая: телеграммы не получа-
ли.Вполне могла быть какая-то накладка в такой суматохе.Де-
никин стал ожидать разрешения вопроса, разбираясь в последс-
твиях всероссийского пожара, через который в столицу доби-
рался.
Премьер правительства граф Витте, которого убедили оче-
видцы, подобные Деникину, для восстановления порядка на Си-
бирской магистрали бросил отряды решительных генералов П.К.
фон Ренненкампфа с востока и барона А.Н.Меллера-Закомельско-
го с запада.На Дальнем Востоке Ренненкампфу помог и Мищенко,
бескровно усмирив Владивосток.
Бойцы Ренненкампфа двинулись из Харбина.Его дивизия
восстанавливала железнодорожную администрацию и "успокаива-
ла" притомившихся от безобразий запасников.Ренненкампфовцы
останавливали мятежный эшелон и высаживали его солдатиков на
крутой мороз.Заставляли их маршировать по снегу километров
тридцать до следующей станции.Там продрогших и присмиревших
грузили в ожидавший порожняк.
Чита была наиболее серьезным оплотом революционного
движения.Здесь "царевали" три месяца при полной поддержке
губернатора генерала Холщевникова.
Ренненкампф осадил город и потребовал его сдачи.После
нескольких дней переговоров Чита сдалась без боя.Генерал
отобрал у населения оружие, арестовал главарей мятежа, пре-
дав их военному суду.Сменил высших администраторов Забай-
кальской области, начиная с Холщевникова, который сразу по-
шел под суд, потом в тюрьму.
Так Ренненкампф поступал по всему его участку трас-
сы.Позже левая печать обрушилась на генерала за процессуаль-
ные нарушения, несправедливость и суровость приговоров его
судов.Но действия Ренненкампфа были цветочками в сравнении с
тем, как расправлялся генерал барон Меллер-Закомельский.
Деникин в штабе генерала Меллер-Закомельского, тогда
командира 10-й пехотной дивизии, отбывал по Варшавскому ок-
ругу лагерный сбор еще в 1899 году и знал его крутой нрав.Он
с лихвой оправдался на этот раз, тем более, барон недавно
уже имел дело с мятежниками в Севастополе.
Меллер-Закомельский взял с собой в путь из варшавских
гвардейских частей всего двести человек, пару пулеметов и
два орудия.За три недели генерал пронесся шесть тысяч кило-
метров до Читы с той же безудержностью, что и поезд "четырех
полковников".
Первый эшелон с удалыми запасными барон встретил на
станции Узловая.Пол-отряда выстроилось на платформе, другие
прикладами выгоняли солдат из офицерских купе.Дальше по ходу
в отрядный поезд заскочили двое агитаторов, их выбросили на
полном ходу.Об этих фактах зашумел телеграф, следующие
встречные составы запасников уже сами приводили себя в поря-
док.Но на станции Иловайская революционная толпа засела в
депо и начала стрельбу.Отряд ударил залпами: 19 убито, 70
ранено, остальные сдались.На следующих станциях было расс-
треляно два стачечных комитета.
В завершение, представляя свой отряд государю в Царс-
ком Селе, барон критиковал в донесении поведение Ренненкамп-
фа в читинской операции:
"Ренненкампфовские генералы сделали крупную ошибку,
вступив в переговоры с революционерами и уговорив их сдать-
ся.Бескровное покорение взбунтовавшихся городов не произво-
дит никакого впечатления..."
(Продолжение на следующих стр. 2, 3)
Конец 1905 - начало 1906 года ознаменовались кровавыми
военными бунтами.Знаменито прогремело восстание на броненос-
це "Князь Потемкин Таврический".
В Севастополе в ноябре восстали морские команды на бе-
регу.К ним примкнула часть Брестского полка под влиянием
троих офицеров.Сюда на усмирение опять прибыл Меллер-Зако-
мельский, брестцы раскаились и потом сами взялись за подав-
ление мятежа в береговых морских казармах.Тройка же закопер-
щиков-офицеров скрылась, бросив своих ближайших солдатских
помощников, которых казнили.Поэтому тоже в следующей револю-
ции солдаты больше предпочтут действовать без офицеров.
На крейсере "Очаков" взвился красный флаг, к нему при-
соединились еще корабли.Возглавил восстание отставной лейте-
нант флота Н.П.Шмидт.Он поднял на "Очакове" сигнал:"Командую
эскадрой.Шмидт.",- и направил императору телеграмму:"Черно-
морский флот отказывает в повиновении правительству".Его
гонцы высадились на берег поднимать все войска.Когда их
схватили, Шмидт приказал не давать еды захваченным на борту
офицерам, пока его людей не отпустят.
Под пушечными выстрелами загоревшийся "Очаков" поднял
белый флаг, сдались и другие мятежные корабли без боя.Шмидта
расстреляли по приговору морского суда.Здесь с обоих сторон
тридцать убили и семьдесят ранили.
Наиболее ярко в войсках отличились москвичи.Тут высту-
пил 2-й гренадерский Ростовский полк.По консультациям с эсе-
рами гренадеры выдвинули постановление, которое навеет зна-
менитый Приказ номер 1 Совета солдатских и рабочих депутатов
в 1917 году.А пока оно гласило:
ОБЩИЕ ТРЕБОВАНИЯ.Отмена смертной казни.Двухлетний срок
службы.Отмена формы вне службы.Отмена военных судов и дис-
циплинарных взысканий.Отмена присяги.Освобождение семейств
запасных от податей.Избрание взводных и фельдфебелей самими
солдатами.Увеличение жалованья.
СОЛДАТСКИЕ ТРЕБОВАНИЯ.Хорошее обращение.Улучшение пищи
и платья.Устройство библиотеки.Бесплатная пересылка солдатс-
ких писем.Столовые приборы, постельное белье, подушки и оде-
яла.Свобода собраний.Свободное увольнение со двора.Своевре-
менная выдача солдатских писем.
Правда, перед вручением этого полковому начальству сол-
даты вычеркнули "Общие требования", но в газетах появился
полный текст.
В других мятежных частях российской армии требовали то-
же не очень слаженно.На Кавказе солдаты Самурского полка
приказали офицерам сдать оружие, но выдать знамя.Когда те
отказались, убили командира полка, полкового священника и
троих офицеров.В Полтаве Севский полк настаивал на освобож-
дении из губернской тюрьмы уголовных арестантов, а также
провозглашении "Полтавской республики".Их соседи из Елецкого
полка требовали у себя устранения лишь хознедостатков, при
этом избили появившихся уличных агитаторов и устроили ев-
рейский погром.Разгромом 75-и магазинов и 68-и лавок отличи-
лись и кронштадтские матросы, хотя начали с требования "Уч-
редительного собрания".
Деникин тогда и позже так оценивал первую русскую рево-
люцию:
"В городах численно городской и рабочий пролетариат ин-
тересовался только улучшением своего жизненного стандарта, и
лишь очень немногие относились сознательно к программным
требованиям социалистических революционных партий.Беспорядки
в городах, кроме восстания в Москве, сравнительно быстро и
легко ликвидировались.
Наконец, еще меньше было политического элемента в сол-
датских бунтах, возникавших на почве революционной пропаган-
ды, излишних стеснений казарменной жизни и не везде здоровых
отношений между солдатами и офицерами, особенно на флоте.В
"требованиях" восставших частей было оригинальное смешение
привнесенной извне чужеродной партийной фразеологии с чисто
солдатским фольклором."Четыреххвостка" (всеобщее, равное,
прямое, тайное голосование) стояла рядом с требованием
"стричься бобриком, а не под машинку"...
Ввиду таких народных настроений, революционеры подымали
народ упрощенным бунтарским лозунгом - "Долой!"А так как при
наличии законопослушной армии поднятие восстания было делом
безнадежным, то все усилия их были направлены на разложение
армии.Собственно, - только солдат, ибо, по признанию изда-
вавшегося тогда в Париже революционного журнала "Красное
Знамя": "Переманить удавалось только самых плохих офицеров,
из которых выйдут два-три ловких мошенника революции, кото-
рые будут тянуть ее на скверные дороги военного авантюризма
и рядиться в крохотные Кромвели".Если суждение "Красного
Знамени" неверно, так как были, без сомнения, офицеры, шед-
шие в революцию по убеждению, то, во всяком случае, их было
очень мало.Мы убедились в этом в 1917 году, когда все тайное
стало явным, и подпольный стаж открывал людям дорогу к по-
честям и возвышению.Из позднейшей полемики двух крупных ре-
волюционеров Савинкова и Дейча выяснились комические подроб-
ности поисков ими в Петербурге ("для установления связи")
революционного "Союза офицеров", или никогда не существовав-
шего, или совершенно бездеятельного".
Думая так, Деникин кое в чем пытался выдавать желаемое
за действительное, например, словно забыв, что сам на Даль-
нем Востоке сидел на собраниях создаваемого капитаном Хаган-
доковым именно "Союза офицеров".Кроме того, вскоре Антон
Иванович просмотрит вовлечение высших офицеров в масонскую
организацию, которая во многом обеспечила революционную по-
беду в феврале 1917 года.А то, что офицеры не собирались
стоять в стороне от революционных бесчинств, "союзно" коопе-
рировались, было видно уже, когда Деникин обозревал события
из Петербурга.Он и свидетельствовал:
"На почве растерянности властей на местах выросло такое
явление, не сродное военной среде, как организация тайных
офицерских обществ; не для каких-либо политических целей, а
для самозащиты.Мне известны три таких общества.В Вильне и
Ковне офицерство, ввиду угроз террористическими акциями по
адресу высших военных начальников, взяло на учет известных в
городе революционных деятелей, предупредив их негласно о го-
товящемся возмездии...В Баку дело обстояло более просто и
откровенно: открытое собрание офицеров гарнизона постановило
и опубликовало во всеобщее сведение:"В случае совершения
убийства хоть одного офицера или солдата гарнизона, прежде
всего являются ответственными, кроме преступников, руководи-
тели и агитаторы революционных организаций.Преступники пусть
знают, что отныне их будут ловить и убивать.Мы не остановим-
ся ни перед чем для восстановления и поддержания порядка".
Полковник Генштаба Деникин считал:
"Нет сомнения, что самодержавно-бюрократический режим
России являлся анахронизмом.Нет также сомнения, что эволюция
его наступила бы раньше, если бы не помешало преступление,
совершенное в 1881 году революционерами-"народовольцами",
убившими императора Александра II, после великих реформ, им
произведенных, и накануне привлечения представителей народа
(земств) к государственному управлению.Это преступление на
четверть века задержало эволюцию режима".
Манифест от 17 октября 1905 года явился для Деникина
большой радостью:
"Манифест, хотя и запоздалый, был событием огромной ис-
торической важности, открывавшим новую эру в государственной
жизни страны.Пусть избирательное право, основанное на цензо-
вом начале и многостепенных выборах, было несовершен-
ным...Пусть в русской конституции не было парламентаризма
западноевропейского типа...Пусть права Государственной думы
были ограничены, в особенности бюджетные...Но, со всем тем,
этим актом заложено было прочное начало правового порядка,
политической и гражданской свободы и открыты пути для ле-
гальной борьбы за дальнейшее утверждение подлинного народоп-
равства.
Но радикально-либеральная интеллигенция на коалицию с
правящей бюрократией и на сотрудничество с ней не пошла,
требуя замены всего правительственного аппарата людьми свое-
го лагеря.Государь не пожелал передавать всю власть в руки
оппозиции, тем более, что "правотворчество" первых двух Дум
внушало ему опасения.Создалось положение, при котором исклю-
чалась возможность легального обновления Совета министров
лицами, пользовавшимися "общественным доверием".В результате
радикально-либеральная демократия, не желавшая революции,
своей обостренной оппозицией способствовала созданию в стра-
не революционных настроений, а социалистическая демократия
всеми силами стремилась ко 2-й революции".
Деникин довольно точно обрисовал обстановку того време-
ни и последующего, даром что был не радикалом, а "просто"
либеральным представителем военно-технической интеллигенции,
то бишь офицерства.Другое дело, что "просто" весьма сложно
оборачивается на таких исторических перепадах.
+ + +
В главке Генштаба, наконец, разобрались, что о полков-
нике Деникине имеется телеграмма из Ставки Маньчжурской ар-
мии.За отсутствием надлежащих его статусу вакансий Деникину
предложили пока принять должность штаб-офицера для особых
поручений при корпусе, какой ему понравится.Антон Иванович
выбрал штаб 2-го кавалерийского корпуса, откуда уходил на
войну.Там в Варшаве его заждалась мать.
По приезду Деникина туда его с распростертыми объятиями
принял и старый знакомец генерал Пузыревский.Это был замеча-
тельный человек: блестящий преподаватель военной академии,
автор труда, премированного Академией наук, он преподавал
историю военного искусства юному Николаю II, а также сражал-
ся в русско-турецкую войну.Пузыревский, острослов, специа-
лист тонкой иронии и беспощадных характеристик, считался у
знати "беспокойным" и имел массу врагов.Поэтому-то генерала
не привлекли на минувшую войну и до конца службы он не полу-
чит командования военным округом.
Командовал Варшавским округом светлейший князь Имере-
тинский, но бумаги со штампами:"Его светлость полагает..." и
"Командующий войсками приказал..."- не поднимались выше ка-
бинета Пузыревского, числящегося "помощником командующего
войсками".На памяти Деникина было, как прибывший сюда князь
Имеретинский пытался лично руководить.На это его спровоциро-
вала в Петербурге на прощальном обеде экстравагантная жена
Куропаткина, громко сопроводившая один из тостов:
- Э, что там говорить!Приедете, князь, в Варшаву и по-
падете в руки Пузыревского как другие.
На первом же штабном заседании в Варшаве князь был сух,
а на выдвинутое Пузыревским решение рассматриваемой проблемы
раздраженно среагировал:
- Я хочу знать историю вопроса.
- Слушаюсь! - отчеканил Пузыревский.
На следующий день во дворец к Имеретинскому потащили
груды дел, из которых Пузыревский взялся часами доклады-
вать.Неделю князь это выдерживал пока не махнул рукой.
Так что под началом очень симпатизирующего Деникину
этого генерала прямого дела у Антона Ивановича было малова-
то.
20 февраля государь издал манифест, развивающий общие
принципы, провозглашенные 17 октября.В нем указывалось, что
за императором остаются все права, кроме тех, которые он
разделяет с Госдумой и Госсоветом, состоящим наполовину из
назначенных, наполовину - из выборных членов.В марте были
обнародованы временные правила о союзах и собраниях и нача-
лись выборы в Думу.
В апреле в Царском Селе обсуждали проект Основных зако-
нов страны.Самой спорной явилась 4-я статья проекта:"Импера-
тору Всероссийскому принадлежит верховная самодержавная
власть",- в то время как в прежнем тексте значилось:"само-
державная и неограниченная".
Государь высказался:
- Вот - главнейший вопрос...Целый месяц я держал этот
проект у себя.Меня все время мучает чувство, имею ли я перед
моими предками право изменить пределы власти, которую я от
них получил...Акт 17 октября дан мною вполне сознательно и я
твердо решил довести его до конца.Но я не убежден в необхо-
димости при этом отречься от прав и изменить определение
верховной власти, существующее в статье I Основных законов
уже 109 лет.Может быть обвинение в неискренности, не к пра-
вительству, но ко мне лично?Принимаю на себя все укоры, но с
чьей они стороны?Уверен, что восемьдесят процентов народа
будут со мной.Это дело моей совести и я решу его сам.
Весьма заблуждался государь об отношении к себе его на-
рода, как и собравшихся в этой дворцовой зале.Совещание нео-
бычайно взволновалось.Первым среагировал премьер граф Витте:
- Этим вопросом разрешается все будущее России.
- Да,- сказал император.
- Если ваше величество считаете,- продолжил Витте,- что
не можете отречься от неограниченной власти, то нельзя пи-
сать ничего другого.Тогда нельзя и переиздавать Основные за-
коны.
Вставил граф Пален:
- Я не сочувствовал семнадцатому октября, но оно
есть.Вам, государь, было угодно ограничить свою власть.
М.Г.Акимов:
- Если сказать "неограниченная" - это значит бросить
перчатку.Если изданные законы губят Россию, то вам придется
сделать coup d'Etat.Но теперь сказать это нельзя.
Члены Государственного Совета Сабуров, граф Сольский и
Фриш высказались в том же смысле.
Великий князь Николай Николаевич произнес:
- Манифестом 17 октября слово "неограниченная" ваше им-
ператорское величество уже вычеркнули.
Его поддержал П.Н.Дурново:
- После актов 17 октября и 20 февраля неограниченная
монархия перестала существовать.
- Вычеркнув "неограниченная", оставить "самодержав-
ная",- предложил князь Оболенский.
Государь резюмировал:
- Свое решение я скажу потом.
Обсуждали проект еще два дня.В заключение совещания
граф Сольский обратился к императору:
- Как изволите приказать: сохранить или исключить слово
"неограниченная"?
Государь ответил:
- Я решил остановиться на редакции Совета министров.
- Следовательно, исключить слово "неограниченная"?-
уточнил граф.
- Да, исключить,- подтвердил государь.
Так появились Основные законы, Конституция 1906 года, в
какой высоко осуществился либеральный принцип разделения
властей.Ее кредо на 90 с лишним процентов легло в Конститу-
цию Российской Федерации конца XX века.
Очевидно, с тех дней царкосельского совещания императо-
ра Николая II стала мучить мысль, что "изменил пределы влас-
ти", ниспосланной ему Богом, хотя перед заседателями он
упомянул лишь своих предков.То был первый надлом, приведший
через одиннадцать лет и к отречению.Поступил-то государь так
вопреки велению совести - он относился к самодержавию рели-
гиозно.
Как в самом начале XX века, так потерпит фиаско либе-
ральная доктрина в России и в его самом конце.И на этот раз
ее, подобно царкосельским заседателям, представят внутренне
чуждые ей люди, так же, уже не "конституционно-монархичес-
ки", а "демократически", используют в своих политических це-
лях...
Вскоре была отставка Витте с "его" министрами, "пробив-
шими" либеральную Конституцию.И либералы же в своем журнале
"Свобода и Культура" писали:"Граф Витте - совсем не реакцио-
нер, а просто человек без всяких убеждений..."Все было, как
всегда, "просто" в России-матушке до поры, до времени.
П.Н.Милюков, лидер конституционно-демократической пар-
тии (кадетов), которая ближе всех отражала политическое ми-
ровоззрение Деникина, в резолюции своего партийного съезда
уже возглашал:
"Накануне открытия Государственной Думы правительство
решило бросить русскому народу новый вызов.Государственную
Думу, средоточие надежд исстрадавшейся страны, пытаются низ-
вести на роль прислужницы бюрократического правительства.Ни-
какие преграды, создаваемые правительством, не удержат на-
родных избранников от исполнения задач, которые возложил на
них народ".
Витте успел скомпрометировать очередным "безволием" им-
ператора.В ответ на январское требование Совета министров
принять суровые меры "против попыток пропаганды к нарушению
военной службы" государь накладывал резолюции - "применения
к мятежникам самой решительной репрессии", провидчески отме-
чая, что "каждый час промедления может стоить в будущем по-
токов крови".Такие царские резолюции Витте прятал под замок
в свой письменный стол, чтобы не раздражать "обществен-
ность".Это в то время, когда, например, в Курляндии, в Га-
зенпоте революционеры сожгли заживо солдат драгунского разъ-
езда.
Зато на смену Витте, сменив "промежуточного" И.Л.Горе-
мыкина, в июле 1906 года пришел Председателем Совета минист-
ров Петр Аркадьевич Столыпин, совместив этот пост с долж-
ностью министра внутренних дел.Преданный императору монар-
хист, он в день роспуска I Думы, высказался в своем циркуля-
ре:
"Открытые беспорядки должны встречать неослабный от-
пор.Революционные замыслы должны пресекаться всеми законными
средствами...Борьба ведется не против общества, а против
врагов общества.Поэтому огульные репрессии не могут быть
одобрены...Старый строй получит обновление.Порядок же должен
быть охранен в полной мере".
Деникин, разочаровываясь в близорукой партийной полити-
ке кадетов, приветствовал это и другие столыпинские начина-
ния.Полковник, такой же решительный, напористый, как новый
премьер, с огромным пиететом будет следить за его деятель-
ностью.
После июльского роспуска Госдумы взбунтовался артилле-
рийский полк островной крепости Свеаборг под Гельсингфорсом
(Хельсинки).Между фортами и берегом началась орудийная пе-
рестрелка.У финских революционеров уже была "красная гвар-
дия", она попробовала помочь восставшим.Но тут же у финнов
встала и "белая гвардия", не допустившая этого.Восставшие
дрались три дня, но у них взорвался пороховой погреб, на
форты пошел флот - мятежники сдались.Восьмеро погибло от
взрыва погреба, еще один с другой стороны.
Забунтовали кронштадтцы, матросы убили двух офицеров с
их семьями, в одной из которых расправились и с 90-летней
старухой.Мятеж подавил Енисейский пехотный полк.Поднялась на
Балтике и команда крейсера "Память Азова", стреляя в офице-
ров, едва успевших скрыться на берегу.Но верные присяге мат-
росы взяли верх и крейсер пришел в Ревельский (Таллинский)
порт с повинной.
Этими вспышками закончились военные бунты, но через
полмесяца в августе было польское "кровавое воскресенье",
только в нем убивали и людей в мундирах.Тут отчаянно дейс-
твовали боевики Пилсудского.В Варшаве террористы застрелили
28 полицейских и солдат, в Лодзи - убили 6 и ранили 18, в
Плоцке - 5 и ранили троих.Боевики действовали из-за чужих
спин.Варшавские солдаты стреляли в толпу, убив 16 и ранив
150 человек, а среди пораженных пулями оказался лишь один
боевик.
Деникин удрученно следил за этими и другими "подвигами"
групп Пилсудского: покушения на высоких административных лиц
(в конце концов - и на Варшавского генерал-губернатора Ска-
лона), налеты на казначейства.Лично Пилсудский возглавил на-
падение на почтовый вагон у станции Безданы, около Вильны,
ограбив его на 200 тысяч рублей...Но главным полковника пот-
рясло августовское покушение на Столыпина.
Двое террористов в жандармской форме явились в приемную
дачи премьера и бросили бомбу.Погибли сами вместе с 27-ю по-
сетителями, еще шестеро из 32-х раненых умерло на следующий
день.Тяжело ранило 14-летнюю дочь и трехлетнего сына Столы-
пина.Он уцелел, чтобы пройти через десять покушений, погиб-
нув в последнем.Но тогда премьер добился указа о военно-по-
левых судах, их судопроизводство шло за 48 часов, приговор
исполнялся за 24.Если до августа 1906 года в среднем казнили
9 человек ежегодно, то с этих пор по апрель 1907 года воен-
ные суды вынесли 1102 смертных приговора.Утвердилась столы-
пинская программа: революции - беспощадный отпор, стране -
реформы.
Варшавский военный округ, в штабе которого служил пол-
ковник Деникин, был в империи наиболее важным стратегически,
"Передовым театром" и содержал наибольшие по числу войс-
ка.Традиции здесь заложил знаменитый фельдмаршал Гурко, и
хотя он ушел в 1894 году, их свято длил никому не поддающий-
ся "гурковский" начштаба Пузыревский.Командующие типа князя
Имеретинского назначались больше для поддержания внутреннего
порядка, так как были и генерал-губернаторами, управляя кра-
ем.Эти люди высшего света не представляли себе жизни низов,
общаясь лишь с польской аристократией, и то с "угодовцами",
то есть "соглашателями".
Масса рутины обрушивалась на штабных.Как раз началось
расформирование 2-го кавалерийского корпуса и Деникин завяз
в канцелярщине.Отдушинами были его активное сотрудничество в
военных журналах и чтение докладов о японской войне в вар-
шавском Собрании Генштаба и провинциальных гарнизонах.
Матушке Антона Ивановича было шестьдесят три, но она
много болела, раздражалась.То ли потому что не говорила на
русском языке, предпочитая его только "понимать", то ли еще
почему, но не терпела дома посторонних.
34-хлетний полковник Генштаба Деникин был завидным же-
нихом и по внешним данным.В его лице сливались польское изя-
щество Вржесинских и основательность русаков Деникиных.Линия
породистого носа с тонко вырезанными ноздрями перекликалась
с мощным, высоким лбом интеллектуала, кажущимся беспредель-
ным от лысеющей спереди темной головы.От лихо закрученных
усов и бородки клином под густобровыми спокойными, присталь-
ными глазами веяло рыцарским железом.
У полковника возникали случайные интрижки, даже увлече-
ния женщинами, но женитьбе было серьезное препятствие.Он не
решался ввести в семью чужого для матери человека."Монар-
хист" по чинопочитанию, Антон Иванович до сих пор не осмели-
вался резко идти против характера и настроений матушки.
Чтобы развеяться от японских фронтовых и мутно-револю-
ционных российских впечатлений, Деникин взял заграничный от-
пуск и обычным туристом проехал по Австрии, Германии, Фран-
ции и Швейцарии.
Когда вернулся, 1906 год уже подходил к концу.Деникин
напомнил о себе по команде Главному управлению Генштаба,
отославшему его в Варшаву "пока".Вскоре оттуда пришел от-
вет:"Предложить полковнику Деникину штаб 8-й Сибирской диви-
зии.В случае отказа он будет вычеркнут из кандидатского
списка".
Вот новости!Никогда не было по Генштабу принудительных
назначений, тем более в Сибирь...Полковник разозлился и за-
пальчиво послал крайне короткий рапорт:"Я не желаю".Потом
успокоился и подумал, что не сносить ему головы.Как вдруг
пришел новый запрос с предложением Деникину принять штаб
57-й пехотной резервной бригады!
Бригада была из четырех полков двухбатальонного соста-
ва, пост начштаба в ней равнялся дивизионному.Совсем другое
дело, да еще с прекрасной стоянкой бригады в Саратове, на
исконно-русской Волге.Осточертела полковнику Польша, и с ее
красивой Варшавой.
+ + +
В конце января 1907 года Деникин прибыл в Саратовскую
губернию, самым молодым российским губернатором которой не-
давно был Столыпин.А бригада, штаб какой вверили полковнику,
находилась на территории Казанского военного округа, пло-
щадью равного средней Европе, что отметил незадолго до этого
в ней побывавший Деникин.С новым начштаба приехали и устрои-
лись на его квартире мать и нянька Полося.
Округ был отдаленным, вне внимания высокого начальства
и всегда провинциально отстававшим от столичных и погранич-
ных округов.Но с возвращением сюда трех бригад, дравшихся на
войне, жизнь переломно закипела.С новыми командирами появи-
лись свежие веяния, пехотное офицерство словно проснулось.
Тогда военный ренессанс закипел по всей России.Даже
выгнанный в отставку Куропаткин в своих "Итогах" о команди-
рах японской кампании написал:
"Люди с сильным характером, люди самостоятельные, к со-
жалению, не выдвигались вперед, а преследовались; в мирное
время они для многих начальников казались 1беспокойными 0.В ре-
зультате такие люди часто оставляли службу.Наоборот, люди
бесхарактерные, без убеждений, но покладистые, всегда гото-
вые во всем соглашаться с мнением своих начальников, выдви-
гались вперед".
В точку это попадало о "беспокойном" Пузыревском, нес-
мотря на что закончил все-таки генерал в "некомандирском"
кресле члена Госсовета.Японская война заставила понять и не-
обходимость учебы командного состава.
Раньше начальник, начиная с комполка, мог непыльно про-
живать на багаже своего училища.Мог не обращать никакого
внимания на прогресс военной науки, никого это не волнова-
ло, проверять считалось оскорбительным.Критерием оценки ко-
мандирского уровня было лишь общее состояние его части и в
какой-то степени управление ею на маневрах, хотя и ошибки на
ученьях благодушно списывались.
В 1906 году Верховный главнокомандующий Николай II при-
казал:
"Установить соответствующие занятия высшего командного
состава, начиная с командиров частей (полков), до командиров
полков включительно, направленные к развитию военных позна-
ний".
Сильно раздражились ветераны за такой "подрыв авторите-
та" и "поругание седин".Занятия эти заключались в двухсто-
ронних военных играх на планах или в поле.Позже, часто
участвуя в них, Деникин убедится в большой пользе этого -
отсеивались невежды.
Ввели новые пенсионный устав, аттестационные прави-
ла.Началось "избиение младенцев": добровольный уход и прину-
дительная отставка старожилов.В результате за 1906-07 годы
было уволено и заменено от пятидесяти до восьмидесяти про-
центов начальников - от комполка до командующего войсками
округа.
В то же время офицерство, чувствуя свою вину за проиг-
рыш войны, тяжело переживало бешеную атаку на себя.Правые
науськивали армию на "разгон арестантской Думы", "возвраще-
ние розги", "возврат к исконности".А революционеры, вознена-
видевшие армию, подавившую восстания, сомкнулись с радикаль-
ными демократами.Эти травили в печати, особенно глумясь ка-
рикатурами в юмористических журналах; высмеивая с театраль-
ных подмостков.Обличали на заседаниях земств и городов, по-
носили понятия о воинском долге с думской трибуны и даже в
военных судах речами адвокатов.
Многие офицеры поколебались верой в свое призвание.На-
чался "исход" и трудоспособных военных, приведший в 1907 го-
ду к некомплекту в 20 процентов офицерского состава ар-
мии.Молодой подполковник Генштаба князь А.Волконский воскли-
цал на газетных страницах "Русских Ведомостей":
"К несчастью, и внутренние процессы при разгаре страс-
тей не могут пройти безболезненно!..И вот из оскорбляемых,
оклеветанных рядов армии раздаются спокойные голоса: оставь-
те нас, нам нет дела до ваших партий; меняйте законы - это
ваше дело.Мы же - люди присяги и "сегодняшнего закона".Ос-
тавьте нас!Ибо, если мы раз изменим присяге, то, конечно,
никому из вас тоже верны не останемся...И тогда будет хаос,
междуусобие и кровь".
Так чувствовал себя и молодой полковник Деникин, он был
из тех, кто в любых бучах не собирался снимать форму.Многих
из военной молодежи маньчжурская неудача морально толкнула к
возрождению.Как никогда, в это время у лучших заработала
мысль, усилилось самообразование, зачитывали военную печать,
о необходимости реорганизации армии во всеуслышание говори-
ли, писали, кричали.
Начались реформы, учитывающие кровавый боевой
опыт.Траншеи заменяли прошлую фортификационную сложность,
налаживалось тесное взаимодействие родов войск и применение
техсредств связи, усиливалась артиллерия, внедрялась стрель-
ба с закрытых позиций.Повышался образовательный ценз училищ,
разрабатывалась новая войсковая дислокация...Правда, стреми-
тельный Деникин считал, что все это идет "страшно медленно".
Либерально настроенный Антон Иванович, несмотря на "ор-
ганическую" симпатию к "монархически"-суровому Столыпину,
вблизи себя плохо переносил жестоких и деспотичных людей.По-
этому чумой на его голову и многих его однополчан обрушилось
в таком апофеозе свободомыслия назначение командующим войс-
ками Казанского округа генерала Сандецкого.
Сандецкий никогда не воевал, но в 1905 году командиром
пехотной дивизии усмирил в Екатеринославле восстания и полу-
чил пост командира Гренадерского корпуса в Москве.Теперь ге-
нерала повысили до командующего округа, так как Поволжье,
находящееся на военном положении, еще пылало крестьянскими
бунтами.Прежний командующий генерал Карас избегал крутых
мер, страхуясь посылкой незашифрованных (!) телеграмм Столы-
пину с просьбами смягчать смертные приговоры военсудов, нуж-
давшиеся в утверждении Карасом.Этим он переводил стрелки на
премьера и государя, и терпеть Столыпину малодушного генера-
ла надоело.
Прибыв в округ, Сандецкий "сумел" за несколько месяцев
утвердить сотни казней против единичных за год Караса.Штабы
же округа вздрогнули от потоков бумаг, требуемых новым ко-
мандующим.Оказалось, что тот читает не только бригадные, но
и все полковые приказы.Грозен был Сандецкий на либеральных
начальников, постоянно возвращая "дисциплинарки" с одинако-
выми пометками:"В наложении взыскания проявлена сла-
бость.Усилить.Учту при аттестации".
От аттестации же полностью зависела офицерская судьба.У
многих полетели карьеры по огульному нраву, причудам Сандец-
кого.Особенно переживал начштаба Деникин, прямо за это отве-
чающий в своей бригаде.
Полковник Леонтьев, отлично аттестованный на выдвиже-
ние, принял скверно обученный до него батальон, который пло-
хо выглядел на смотре.Сандецкий, не разобравшись, отменил
леонтьевскую аттестацию, объявив полковнику "предостережение
о неполном служебном соответствии".За это дальше не выдвига-
ли в течение двух лет.
Командир бригады Деникина не осмелился указать команду-
ющему на ошибку.Тогда на бригадного насел Деникин, но когда
тот доложил, Сандецкий сослался, что неловко отменять аттес-
тацию, уже ушедшую в Главный штаб.Так и уехал Леонтьев в
другой округ с "волчьим билетом".
Дошло до анекдотического.Полковника Пляшкевича вне оче-
реди удостоили аттестации на командование полком.Его прежний
командир, желая отличить нравственность полковника, отме-
тил:"Пьет мало".Как вдруг на аттестацию Сандецкий объявил
Пляшкевичу "предостережение за пьянство"!А его комполка и
бригадному - выговор за неправильное удостоение...Комполка
кинулся объяснять командующему, что мало Пляшкевич пьет, да
почти совсем не пьет, потому и выделил особенность.
- Раз уж упомянул "пьет",- строго сказал Сандецкий,-
верно, пьет полковник здорово.
Пропали у Пляшкевича два года службы.В следующую исто-
рию Деникин опять попытался вмешаться.Капитану Хвощинскому в
отличной штабной аттестации еще и указали:"Досуг свой посвя-
щает самообразованию".Пришел ответ Сандецкого:"Объявить пре-
достережение, что свой досуг не посвящает роте".
Побежал Деникин в библиотеку, взял словарь, открыл его
на странице, где:"Досуг - свободное от нужных дел вре-
мя".Стал трясти им, убеждая бригадного отстоять Хвощинско-
го.Да где там, в конце концов "бежал" капитан в Варшавский
округ.
Командир бригады Деникина был совершенной размазней пе-
ред высшим начальством.Отбивал он руки у начштаба Антона
Ивановича.Раз Сандецкий спутал фамилии и в приказе Хвалынс-
кому полку объявил арест одному штабс-капитану вместо друго-
го.Бригадный вызвал "ошибочного" штабс-капитана и начал
убеждать:
- Потерпите, голубчик.Вы еще молоды, роту нескоро полу-
чать.А если подымать вопрос, так не вышло б худа.Вы сами
знаете, если рассердится командующий...
Сел за другого штабс-капитан.Горе было Деникину с бри-
гадным, но за старания Сандецкий отличил того чином гене-
рал-лейтенанта и орденом.Другое было хорошо энергичному
начштаба.Бригадный не имел боевой практики, осиливал лишь
занудные приказы по смотровой и хозяйственной части.Деникин
получил под свою руку все вопросы боевой подготовки бригады.
Благодаря этому не отставала их бригада в общем подъ-
еме, охватившим военную среду.Деникин организовал системати-
ческие занятия по тактике с офицерами саратовского гарнизо-
на, привлекая сюда участников японской войны.Он устраивал
злободневные доклады и беседы по разным отраслям военного
дела, активно помогал полковым командирам в составлении так-
тических заданий и проведении полевых учений.На бригадных
маневрах начштаба обязательно внедрял новые веяния и резуль-
таты боевого опыта.Очень дружно работали с Деникиным полко-
вые офицеры.
На генерала Сандецкого потоком шли жалобы в Петербург,
но он не стеснялся.В сундуке одного ефрейтора нашли прокла-
мацию.Суд учел, что листовка хранилась, а не распостраня-
лась, зачли виновному десять месяцев предварительного арес-
та, разжаловали и отпустили.Командующий собрал всех гарни-
зонных офицеров и разнес двоих, бывшими членами этого воен-
суда.Он орал на них, топая ногами, заявил, что никогда не
назначит их в полковые командиры.
На судейскую же совесть офицерства это не произвело
впечатления.Большинство из них было гуманно по высшим "ин-
теллигентным" меркам того времени."Политиков" старались вы-
гораживать.Согласились, например, с блестящей защитой из-
вестного адвоката Зарудного по делу о "Камышинской республи-
ке", оправдали подсудимых, рискнув офицерской карьерой.Так
же отнеслись два бригадных подполковника к делу видного эсе-
ра Минора.Легко наказали, после чего Минор возглавил крупную
боевую организацию юго-востока Росиии.
(Продолжение книги следует)
|