МЕЧ и ТРОСТЬ

В.Черкасов - Георгиевский. Книга “Генерал Деникин”. Документальное жизнеописание. Часть шестая. Глава 2.

Статьи / Белое Дело
Послано Admin 19 Июн, 2006 г. - 11:39

ОБЩЕЕ ОГЛАВЛЕНИЕ КНИГИ [1]

Часть шестая (1916-1917 г.г.) “РУССКАЯ СМУТА”. Глава 2 “Отречение Государя Императора Николая II. На высших постах".

ПРОДОЛЖЕНИЕ публикации полного текста книги “Генерал Деникин”. НАЧАЛО: Часть первая (1872 -1892 г.г.) "Сын офицера". Глава 1 [2] Глава 2 [3], а также Часть вторая (1892-1902 г.г.) “Аксельбанты”. Глава 1 [4] Глава 2 [5], а также Часть третья (1902-1905 г.г.) “Деникинская сопка”. Глава 1 [6] Глава 2 [7], а также Часть четвертая (1905-1914 г.г.) “Полковник Генштаба”. Глава 1 [8] Глава 2 [9], а также Часть пятая (1914-1916 г.г.) ”Железная дивизия”. Глава 1 [10] Глава 2 [11], а также Часть шестая (1916-1917 г.г.) “Русская Смута”. Глава 1 [12]
ОКОНЧАНИЕ: Часть девятая “Изгнанник”: Глава 1-я (1920– 1928 г.г.) [13] Глава 2-я (1928–1932 г.г.) [14] Глава 3-я (1932–1938 г.г.) [15], а также Часть десятая, финальная "Россия спасется!":Глава 1-я (1939–1943 г.г.) [16] Глава 2-я (1943–1945 г.г.) [17] Глава 3-я (1945–1947 г.г.) [18]

Перед событиями, похоронившими Российскую империю, два
главных лица Ставки - император и Алексеев - были в отъез-
де.Государь пробыл два месяца в Петербурге, откуда царица
веще просила его не уезжать, тем более что наследник заболел
корью.Алексеев три месяца отсутствовал, леча свои многочис-
ленные болезни в Крыму.

На это время исполняющим обязанности начштаба Ставки
был не кто иной, как генерал В.И.Гурко, сын знаменитого дру-
гим "Вперед" генерала-фельдмаршала Гурко.Тот самый Гур-
ко-младший, который по благословению Гучкова развил среди
офицерства масонских "младотурок".Оправдал Гурко надежды
единомышленников и здесь.Например, назначил генерала А.С.Лу-
комского (члена Военной ложи, будущего ближайшего сотрудника
Деникина по Белому делу), старого его "кружковца" гене-
рал-квартирмейстером Ставки.А генерала В.Н.Клембовского -
помощником начштаба Ставки, этот потом будет ревностно рабо-
тать и у большевиков.

Главное же, Гурко во многом обеспечил будущий проигрыш
императорских сил в Петрограде.Государь еще в середине янва-
ря получил сведения, что "умы волнуются", а для поддержания
порядка в столице - лишь десять тысяч человек из способных
на это полицейских, казаков, других конных частей и учебных
полковых команд.Он приказал Гурко принять меры для пополне-
ния петроградского гарнизона гвардейскими фронтовыми частя-
ми, поочередно отводимыми туда на отдых.Но тот сослался на
мнения градоначальника генерала Балка, петроградского окруж-
ного командующего генерала Хабалова, что положение не угро-
жающе, мест в казармах нет и т.д.

Так, несмотря на крайнее недовольство императора, что
гвардейскую кавалерию "не удалось" в Петроград ввести, город
с "передовым" населением в два с половиной миллионов человек
оказался "под защитой" армады десятков тысяч запасных ба-
тальонов.Тех самых запасников, которые уже показали себя в
разгулах по Сибирской "железке" в 1905 году.

За три дня до возвращения императора в Ставку - 20 фев-
раля сюда неожиданно вернулся Алексеев, он выглядел еще явно
больным.Наверное, настоял его главный "советчик" Гучков, ко-
торый 20-го же поднимал Петроград, выступая в Думе с пламен-
ной речью о расстройстве транспорта, угрожающего снабжению
столицы.Снежные заносы действительно замедлили движение по-
ездов, и с провокаторского гучковского языка заметелило, как
станет принято потом в данных трескучих ситуациях в России
на протяжении всего века.

Полетели слухи, что скоро хлеба не будет.Кинулся народ
запасаться, создались очереди, из хвостов которых стали пок-
рикивать:"Хле-еба!"23 февраля, когда император прибыл в Мо-
гилев, в Ставку из запомнившегося ему вполне спокойным Пет-
рограда, там уже бастовало 90 000 рабочих.Большевики с Вы-
боргской стороны немедленно принялись это раздувать до все-
общей забастовки.Хлынули манифестации с красными флагами, с
хорошо освоенными в 1905-ом "долойными" лозунгами, на этот
раз конкретными:"Долой самодержавие!", "Долой войну!"

24 февраля газеты официально заверили:"Хлеб есть",-
указывая, что муки достаточно и выделена часть интендантских
запасов, но революция разрасталась, стали бить городовых.Со-
вет министров в этот день заседал, не придавая никакого зна-
чения демонстрациям, Дума - наоборот, обличая продовольст-
венную политику власти.

25 февраля в толпах появились и сочувствующие солдаты,
казаки на все это посмеивались.Оживленные демонстранты убили
пристава, пытавшегося вырвать красный флаг.

В Думе же выясняли свои отношения, ополчясь против ми-
нистров.Наконец, решили о перерыве в думской сессии на нес-
колько недель, рассчитывая, что снова "засядут" при другом
кабинете.В этот день император получил в Ставке сообщение,
что уличные беспорядки разрастаются и отдал приказ командую-
щему петроградскими войсками Хабалову принять энергичные ме-
ры.

26 февраля в Петрограде газеты уже не вышли, началась
стрельба.В стычках полицейских, посерьезневших казаков, со-
лдат "учебок" с толпой появились убитые и раненые.Перестрел-
ка загромыхала, когда 1500 запасников 4-й роты батальона
Павловского полка ответили на огонь войск, разгонявших тол-
пы.А ночью восстал запасной батальон Волынского полка.

27 февраля к восставшим присоединились солдаты Литовс-
кого полка.Генерал Хабалов попытался двинуть надежные части
в центр города.И здесь единственным офицером, пытавшимся
что-то сделать, оказался появившийся несколько дней назад с
фронта полковник Лейб-гвардии Преображенского полка Георги-
евский кавалер А.П.Кутепов, который пройдет с Деникиным по
всем его белым боям и ближайшим другом в эмиграции, пока с
ним там не рассчитается ОГПУ.

Кутепов был неподдельным монархистом и с радостью при-
нял тысячную роту местных гвардейцев из запасного полка.Ге-
нерал Хабалов приказал его отряду занять район от Литейного
моста до Николаевского вокзала, беря по дороге подмогу на
свое усмотрение.Кутепов скомандовал и гвардейцы ринулись по
запруженному Невскому проспекту.

У Александринского театра им попалась расхристанная ро-
та пулеметчиков, которые не откозыряли Кутепову.Полковник
зыркнул, хватаясь за револьвер.Выдвинулся капитан пулеметчи-
ков и смущенно объяснил, что для пулеметов у них нет ни во-
ды, ни глицерина.Кутепов приказал его шайке встать в строй.

Даже этого отчаянного одиночку Хабалов, спохватившись,
решил остановить.На перекрестке с Литейным Кутепова нагнал
посыльный Хабалова, который отменял свое распоряжение и при-
казывал полковнику вернуться назад к Зимнему дворцу.Но Куте-
пова с Георгием на груди было не повернуть.Тем более, что к
нему по дороге пристали отчаянные офицеры.

Толпы шатались, орали вокруг, по центру хлестко стучали
разрозненные пули.Вынырнув на Литейный, Кутепов увидел, что
горит Окружной суд.У Сергиевской в беспорядке торчали без
наводчиков пушки с дулами в разные стороны, разбросаны сна-
рядные ящики.Невдалеке из-за баррикады палили по неуверенно
двигавшимся к ней полицейским.

Здесь заправляли мятежники запасных Волынского и Ли-
товского полков.Они замялись, увидев клинком летящий на них
кутеповский отряд.Полковник мгновенно оценил это, успокои-
тельно закричал.Солдатики с красными бантами придвинулись к
нему, опуская оружие.Выглянул из-за спин унтер.

- Ваше высокоблагородие, постройте нас, да отведите в
казармы...Только боимся расстрела за мятеж.

Кутепов чеканно произнес:

- Те, кто присоединится ко мне, расстреляны не будут.

Обрадованно всколыхнулась солдатская толпа, подхватила
Кутепова на руки, подняла повыше, чтобы все услышали.Полков-
ник рассмотрел в сером море под ним смутьянов: несколько
штатских, писари Главного штаба, солдаты в артиллерийской
форме.Он закричал:

- Те лица, которые сейчас толкают вас на преступление
перед государем и родиной, делают это на пользу нашим вра-
гам-немцам, с которыми мы воюем!Не будьте мерзавцами и пре-
дателями, а останьтесь честными русскими солдатами!

Из толпы выкрикнули:

- Боимся, что расстреляют!

Кутепов опять заверил:

- Тот, кто пойдет со мной, расстреляны не будут.

Тонко, с надрывом взвыл голос:

- Он врет, товарищи!Вас расстреляют!

Сразу же ударили по Кутепову из винтовок.Он был уже на
земле, вскидывая револьвер и командуя своим гвардейцам.Мя-
тежники бежали врассыпную, но из-за укрытий обрушился на ку-
теповцев бешеный огонь.Вокруг полковника падали его бойцы,
они отстреливались, но сметало отряд на открытом месте.

С его остатками Кутепов пробивался к особняку графа Му-
сина-Пушкина.Это были сплошные бои, отряд держал фронт вкру-
говую, но его косили с крыш, из подворотен.Как и на обычном
фронте, в основном гибли офицеры, много их в тех перестрел-
ках полегло.

Добрались с большими потерями до дома Мусина-Пушкина,
который эпиграфно заповедал кавалергардам.Сейчас в нем рас-
кинулся на скорую руку госпиталь Красного Креста Северного
фронта, куда стаскивали раненых.

Стемнело за окнами, на улицах мгновенно перебили еще
целые фонари.Полная тьма опустилась на Петроград.

Кутепов, прикрыв постами двери, выбрался наружу.Взгля-
нул на Литейный, подсвеченный кострами и заревом.Туда из
всех нор, переулков перла и перла толпа.Он увидел, как из
особняка тенями выскальзывают его бойцы и перебегают к ора-
ве.Из нее, хрипло матерясь, выкрикивали фамилию полковника,
суля ужасное.

Вернулся Кутепов в особняк, огляделся: большая часть
его отряда уже сплыла.В горячке уличных боев сумел полковник
приказать, чтобы купили ситного и колбасы.Стали есть.Если б
он не похлопотал, были б ни с чем.Никто о них не заботился,
Кутепов отсюда по телефону безуспешно пытался связаться и с
градоначальством, и с полицейским штабом.С улицы начали с
завываниями пристреливаться по особняку.

Явилось к Кутепову начальство лазарета.Пряча глаза,
стали его просить уйти отсюда с нераненными солдатами.Что
было ему делать, не отдавать же на растерзание раненых и
"сестричек".Выскользнул полковник с кучкой последних бйцов в
темень...

Так закончилась единственная "полупопытка" петроградс-
кого военного начальства очистить центр.А здешние офицеры
от фронтовика Кутепова сильно отличались.Во-первых, они за-
метили, что именно их стараются убить на улицах, избегая
стрелять по солдатам.И одни сидели дома, а более "инициатив-
ные" - в офицерских собраниях, оживленно обсуждая ситуа-
цию.Они не хотели репрессий против восставших, чтобы не пор-
тить свою репутацию на будущее.Надвинувшаяся смена режима
казалась неизбежной.Сделала свое дело хитрая пропаганда Ду-
мы, которая и сама перестала существовать в эти дни как го-
сударственный парламент.

25 000 солдат восстало в феврале 1917 года в Петрогра-
де, но весь его гарнизон составлял 160 000.Можно сказать,
что не только смелость, а и "злая" энергия города берет.

(Продолжение на следующих стр.)

+ + +
Офицеры встрепенулись, когда Совет рабочих депутатов на
заседании 1 марта принял меры, чтобы обезопасить восставших
солдат, переживавших: вдруг все же расстреляют?Так появилась
первая "советская" резолюция, широко известная как Приказ
номер 1.Солдатам он предписывал:

1.Избрать полковые, батальонные и ротные комитеты.
2.Выбрать депутатов в Совет.
3.В политических делах подчиняться только Совету и сво-
им комитетам.
4.Указания Думы исполнять, лишь когда они не противоре-
чат решениям Совета.
5.Держать оружие в распоряжении комитетов и "ни в коем
случае не выдавать его офицерам даже по их требованию".

Еще два пункта объявляли равноправие солдат и офицеров
вне строя, упраздняли отдание чести, титулование и так да-
лее.

Содержание Приказа ужаснуло даже Гучкова, уже выдвину-
того военно-морским министром в новое правительство.Но у
"рычага"-Гучкова сначала были дела поважнее.Назрела расправа
с Николаем II.

Император за день до этого, 28 февраля, отправил в Пет-
роград под командой генерала Н.И.Иванова батальон из семисот
Георгиевских кавалеров, главой которого был Железный Степа-
ныч, полковник Тимановский.Сам государь в тот день выехал из
могилевской Ставки на поезде в Царское Село.

В ночь на 1 марта царский поезд уперся в станцию Малая
Вишера в ста пятидесяти верстах от Петрограда.Дальше бушева-
ли "революционные войска", на которые уже перекинулось из
столицы.Поезд повернул на Псков, куда, как на Голгофу, Нико-
лай II прибыл первомартовским вечером в ставку командующего
Северным фронтом генерала Рузского.

Этим же вечером георгиевцы генерала Иванова подъезжали
к Царскому Селу.Причем, по дороге генерал, известный кру-
тостью в таких делах с 1905 года, ставил на место митинго-
вавшие полки коротким приказом:

- На колени!

Они и становились.Многое б пошло совсем по-другому, ес-
ли б в этот мокрый весенний вечер генерал Алексеев с помощью
Рузского не склонил бы императора на первый шаг, чтобы от-
дать его престол в "другие руки".

63-хлетний Николай Владимирович Рузский окончил акаде-
мию Генштаба, на русско-японской войне был начштаба 2-й ар-
мии, на Первой мировой командовал 3-й армией, потом Севе-
ро-Западным фронтом и наконец Северным.Был он членом "Воен-
ной ложи", куда вошел вместе с Алексеевым.Отзывы об этом ге-
нерале такие.

Генерал Брусилов:

"Генерал Рузский, человек умный, знающий, решительный,
очень самолюбивый, ловкий и старавшийся выставлять свои дея-
ния в возможно лучшем свете, иногда в ущерб соседям, пользу-
ясь их успехами, которые ему предвзято приписывались".

Генерал Бубнов:

"Потеряв надежду достигнуть Царского Села, государь
направился в ближайший к Царскому Селу Псков, где находилась
штаб-квартира главнокомандующего Северным фронтом генерала
Рузского.Этот болезненный, слабовольный и всегда мрачно
настроенный генерал нарисовал государю самую безотрадную
картину положения в столице и выразил опасения за дух войск
своего фронта по причине его близости к охваченной революци-
ей столице...Во всяком случае 1 марта войска Северного фрон-
та далеко еще не были в таком состоянии, чтобы нельзя было
бы сформировать из них вполне надежную крупную боевую часть,
если и не для завладения столицей, то хотя бы для занятия
Царского Села и вывоза царской семьи".

Вел себя Рузский так, потому что предыдущей ночью Алек-
сеев переговорил с Родзянко, председателем Думы и только что
созданного "Временного комитета членов Государственной Думы
для восстановления порядка и для сношений с лицами и учреж-
дениями".После этого Алексеев мгновенно изготовил проект
долгожданного его единомышленниками манифеста и сообщил о
том Рузскому.

Не случайно Рузский встретил в Пскове царскую свиту
словами:

- Остается сдаваться на милость победителей.

Генерал начал вечером разговор об этом с императором,
передав ему алексеевскую телеграмму с проектом манифеста,
который предварялся безысходной тревогой начштаба Ставки:

"Ежеминутно растущая опасность распостранения анархии
по всей стране, дальнейшего разложения армии и невозможности
продолжения войны при создавшейся обстановке настоятельно
требуют издания Высочайшего акта, могущего еще успокоить
умы, что возможно только путем признания ответственного ми-
нистерства и поручения составления его председателю Госу-
дарственной Думы.

Поступающие сведения дают основания надеяться на то,
что думские деятели, руководимые Родзянко, еще могут остано-
вить всеобщий развал и что работа с ними может пойти, но ут-
рата всякого часа уменьшает последние шансы на сохранение и
восстановление порядка и способствует захвату власти крайни-
ми левыми элементами.Ввиду этого усердно умоляю Ваше Импера-
торское Величество соизволить на немедленное опубликование
из Ставки нижеследующего манифеста".

Генерал Лукомский, по своему масонству не склонный
очернять "братьев" Алексеева и Рузского, все же отмечал в
воспоминаниях:

"Находясь в Могилеве, государь не чувствовал твердой
опоры в своем начальнике штаба Алексееве и надеялся найти
более твердую опору в генерале Рузском в Пскове".

Николая II подавило, когда и Рузский с жаром начал отс-
таивать "ответственное" предложение Алексеева.Император
все-таки сказал:

- Я ответствен перед Богом и Россией за все, что случи-
лось и случится.Будут ли ответственны министры перед Думой и
Государственным Советом - безразлично.Я никогда не буду в
состоянии, видя, что делается министрами не ко благу России,
с ними соглашаться, утешаясь мыслью, что это не моих рук де-
ло...Общественные деятели, которые, несомненно, составят
первый же кабинет, все люди неопытные в деле управления и,
получив бремя власти, не сумеют справиться со своей зада-
чей.

После нескольких часов убеждений Рузским император
сдался, согласился поручить Родзянко составление кабинета
"из лиц, пользующихся доверием всей России"!

В эту же ночь пожилой Рузский развил бурную деятель-
ность.Остановил отряд Георгиевских кавалеров, завернул уже
отправленные ему в помощь с Северного фронта эшелоны.А в
Ставке старался другой "дед", как ласково называли Алексеева
его приближенные (символично: "Старик" - и одна из партийных
кличек Ленина).Он слал телеграммы на Западный фронт: уже от-
правленные на Петроград части задержать, остальные - не гру-
зить.О гвардейцах же с Юго-Западного фронта, на которых с
самого начала рассчитывал император, Алексеев побеспокоился
еще днем, чтобы не отправляли до "особого уведомления".

Рано утром 2 марта в дело вступил М.В.Родзянко, позво-
нивший Рузскому.Ему тогда было 58 лет.Сын генерала для осо-
бых поручений при шефе жандармов, богатейшего землевладель-
ца, он, закончив Пажеский корпус, служил в кавалергар-
дах.Выйдя в отставку, Родзянко принялся за активную думскую
деятельность, был председателем Земельной комиссии, товари-
щем председателя парламентской фракции октябристов, став
председателем IV Государственной думы, где организовывал
"Прогрессивный блок".

Вот мнение о Родзянко историка, одного из лидеров пар-
тии народных социалистов В.А.Мякотина:

"Человек консервативных по существу взглядов, убежден-
ный монархист, всеми жизненными отношениями связанный с
верхними слоями русского общества и не обладавший сам по се-
бе очень широким кругозором, он нередко придавал слишком
большое значение тем частным явлениям жизни, которые ему
приходилось непосредственно наблюдать".

Такой "монархист" и потерял голову, видя перед собой
клокочущий Петроград.Но в то же время в телефонном разговоре
с Рузским Родзянко стал настаивать:

- Прекратите отправку войск с фронта, иначе нельзя
сдержать войска, не слушающие своих офицеров.

Так как об этом уже похлопотали, Рузский сообщил ему о
согласии царя на "правительство народного доверия".Да у Род-
зянко (не хуже Гучкова метящего в предводители новой монар-
хии) идеи были побойчее, он воскликнул:

- Ненависть к династии дошла до крайних пределов!Разда-
ются грозные требования отречения государя в пользу сына при
регентстве Михаила Александровича!

Он продолжил, что при исполнении требований народа, все
пойдет отлично, все хотят довести войну до победного конца,
армия не будет ни в чем нуждаться...Председатель Думы словно
не видел намозолившие глаза петроградцам транспаранты со
сплошными "Долой!"Рузского же больше всего волновало, чтобы
при новой власти его друзья генералы остались в силе, он
проговорил:

- Дай, конечно, Бог, чтобы ваши предположения в отноше-
нии армии сбылись, но имейте в виду, что всякий насильствен-
ный переворот не может пройти бесследно.Что если анархия пе-
рекинется в армию и начальники потеряют авторитет власти?Что
тогда будет с родиной нашей?

Какое лицемерие или глупость, когда уже второй день га-
зеты строчили со своих страниц "Приказом номер 1"!

Родзянко многозначительно указал:

- Переворот может быть добровольный и вполне безболез-
ненный для всех.

Закончив эту историческую беседу, Рузский немедленно
сообщил новости Алексееву.Тот, будто оправившийся от всех
болезней, шквалом обрушил циркулярную телеграмму на команду-
ющих фронтами.Он передавал слова Родзянко о необходимости
царского отречения, заключая собственными:

"Обстановка, по-видимому, не допускает иного реше-
ния.Необходимо спасти действующую армию от развала; продол-
жать до конца борьбу с внешним врагом; спасти независимость
России и судьбу династии".

Главной в этой велеречивости, конечно, была первая фра-
за.Ему дружно откликнулись командующие, которых эмигрантский
исследователь И.Л.Солоневич в этом отношении довольно метко
назовет "дырой на верхах армии".

С Кавказа великий князь генерал-адъютант Николай Нико-
лаевич молитвенником сообщал, что "коленопреклоненно молит
Его Величество спасти Россию и Наследника...Осенив себя
крестным знаменем, передайте ему - Ваше наследие.Другого вы-
хода нет".

С Юго-Запада бывалый паж генерал-адъютант Брусилов
уточнял такой же единственный исход, "без чего Россия пропа-
дет".

С Запада командующий Эверт указывал:"На армию в настоя-
щем ее составе при подавлении внутренних беспорядков рассчи-
тывать нельзя".Тоже "верноподданически" молил реше-
ние:"Единственно, видимо, способное прекратить революцию и
спасти Россию от ужасов анархии".

С Румынского фронта командующий Сахаров разъярился на
Думу:"Разбойничья кучка людей, которая воспользовалась удоб-
ной минутой".И судорожно закончил:"Рыдая, вынужден ска-
зать",- что отдать престол - "наиболее безболезненный вы-
ход".

Заключили все это царю неразлучные Северный гене-
рал-адъютант Рузский и, действительно, истинный Верховный
генерал-адъютант Алексеев.Когда Николаю II доставили все их
телеграммы, он в 3 часа дня 2 марта 1917 года в своем поезде
на станции с безупречным для этого названием Дно согласился
отдать власть.

Император был совершенно одинок.В Пскове его отрезали
от мира, приказы царя не шли дальше штаба Рузского, телег-
раммы его поддержки, верных ему людей не передавались.Он по-
пал в классическую обстановку, когда главу государства "до-
жимают".Через десятки лет так же поступят с президентом Гор-
бачевым в Форосе.Но были заветные бойцы чести, оба - из "не-
мецкого засилья", и поэтому тоже грех за цареубийство без-
раздельно лежит на всех нас - "чисто" русских.

Честь командира отдельного гвардейского кавалерийского
корпуса генерала-адъютанта Хана-Гуссейна Нахичеванского пы-
тался спасти его начштаба полковник А.Г.Винекен.В отсутствие
командира он имел право в кризисных ситуациях безотлагатель-
но принимать решения его именем.Когда дошла весть о решении
императора, Винекен отбил за подписью Нахичеванского телег-
рамму в Ставку против царского отречения.Доложил вернувшему-
ся командиру.Да и этот генерал-адъютант всполошился!Полков-
ник Винекен вышел в свою комнату и застрелился...

Другой был славной графской фамилии Келлер.Он на русс-
ко-японской однажды единственным высказал резкую правду в
донесении главкому.На Первой мировой граф Федор Артурович
Келлер выручил "железных" Деникина из смертельной мышеловки
у реки Сан.Когда пришла весть об отречении императора, гене-
рал-лейтенант, генерал от кавалерии граф Ф.А.Келлер командо-
вал Третьим конным корпусом.

Он выстроил драгун, казаков, гусар, среди которых стоял
и будущий белый генерал Шкуро.Граф поднял в руке телеграмму.

- Я получил депешу об отречении государя и о каком-то
временном правительстве.Я, ваш старый командир, деливший с
вами и лишения, и горести, и радости, не верю, чтобы госу-
дарь император в такой момент мог добровольно бросить на ги-
бель армию и Россию!Вот телеграмма, которую я послал царю.-
Он прочел.- "Третий конный корпус не верит, что Ты, Госу-
дарь, добровольно отрекся от Престола.Прикажи, Царь, придем
и защитим Тебя".

Взревели ряды:

- Не дадим в обиду!

В корпус срочно прибыл начальник 12-й кавалерийской ди-
визии генерал-лейтенант барон К.Маннергейм, он заклинал гра-
фа "пожертвовать личными политическими убеждениями для блага
армии".Келлер ответил:

- Я христианин.И думаю, что грешно менять присягу.

Его отстранили от командования.Генерал прощался с войс-
ками, шагавшими перед ним под звуки "Боже, Царя храни"...

Граф Келлер в 1918 году захочет пробиться в мемориаль-
ный государевым отречением Псков, создавая Северо-Западную
Псковскую монархическую армию.Ему будет молебен на это мит-
рополита Антония Храповицкого в Киево-Печерской Лавре, Кел-
лер получит благословение от патриарха Тихона.8 декабря 1918
года у памятника Богдана Хмельницкого на Софийской площади в
Киеве петлюровец убьет графа выстрелом в спину...

Пока же приехали на псковское Дно с проектом манифеста
об отречении, конечно, Гучков и лидер думской фракции "прог-
рессивных националистов" В.В.Шульгин.Этот "монархист" потом
станет широко известен тем что поверит в созданную ОГПУ
"подпольную монархическую организацию" в СССР, съездит из
эмиграции к ней и, вернувшись, напишет восторженную книгу о
еще одних "монархистах".За глупость будет удостоен дожить и
умереть в СССР в городе Владимире.

Думским гонцам Николай II вынес свой манифест, в кото-
ром отрекся не в пользу наследника, а великого князя Михаи-
ла.Он не хотел, чтобы сына стали унижать, как теперь
его.Ошеломил этим Гучкова, который, впрочем, быстро оправил-
ся, сказав про себя:

"- Надо брать, что дают".

3 марта 1917 года уже от имени династии отрекся великий
князь Михаил.

На первый взгляд, весьма странны эти события, когда
судьба государства решалась не в его столице, где обстоя-
тельства можно было "пощупать", а по телефонам и телеграмма-
ми.Но она проста с точки зрения Николая II, которому важно
было разбираться не с народом, вернее, его толпами, а по-
нять, кто же окружает его трон.И стоит ли с такими людьми
дальше отстаивать, "удерживать" Россию?На это царь и ответил
2 марта в своем дневнике:"Кругом измена, и трусость и об-
ман".

Бог судил конец династии Романовых, царскому самодержа-
вию в нашей стране, так как каждый народ должен быть достоин
своих правителей.Именно таким наш последний государь и "обя-
зан" был быть, чтобы благородно выпустить свою власть.В
этом, как учуяли солдаты на фронтах, царь и являлся "нес-
частливым".

2 марта 1917 года, в день отречения русского царя, по
видению крестьянки Андриановой, в подвале Вознесенской церк-
ви в Коломенском царском селе обнаружили "Державную" икону
Божией Матери.До этого она здесь никому не попадалась.На
иконе Богородица с очами, полными слез на скорбном, но и не-
обычайно строгом лице, в короне и красной царской порфире
восседающая на царском троне, держала в руках скипетр и дер-
жаву - знаки императорской власти.На коленях находился бла-
гословляющий Богомладенец.Многие решили, что Царица Небесная
приняла выпавшие из рук государя символы власти и теперь са-
ма попечется о России.Приняла или все же отобрала Богородица
эту власть?

Судя по тому, с чем пришли русские к концу века, нам ни
до чьего попечения уже нет дела.Что впереди у нашего народа
в волнах атеизма, оккультизма, неоязычества, лжехристианс-
тва?Третье тысячелетие по Рождеству Христову на дворе, а мы
вслед интеллигенции еще начала уже прошедшего XX века все
вопрошаем:"Что делать?"

В конце концов по поводу "завершения" наших царей.Ди-
настия Романовых началась с царя Михаила, Михаилом и закон-
чилась.Вышел тот первый царь из укрывища от польско-литовс-
ких врагов в Костромском Ипатьевском монастыре, последний -
погиб в подвале Ипатьевского дома.

В таком тоже случайных совпадений не бывает.

+ + +
А.И.Деникин описывал:

"Войска были ошеломлены - трудно определить другим сло-
вом первое впечатление, которое произвело опубликование ма-
нифестов.Ни радости, ни горя.Тихое сосредоточенное молча-
ние.Так встретили полки 14-й и 15-й дивизий весть об отрече-
нии своего императора.И только местами в строю непроизвольно
колыхались ружья, взятые на караул, и по щекам старых солдат
катились слезы".

Сам же генерал Деникин ощущал по-другому:

"Безудержная вакханалия, какой-то садизм власти, кото-
рый проявляли сменявшиеся один за другим правители распу-
тинского назначения, к началу 1917 года привели к тому, что
в государстве не было ни одной политической партии, ни одно-
го сословия, ни одного класса, на которое могло бы опереться
царское правительство.Врагом народа его считали все: Пуриш-
кевич и Чхеидзе, объединенное дворянство и рабочие группы,
великие князья и сколько-нибудь образованные солдаты".

18 марта 1917 года Деникину вручили телеграмму: немед-
ленно выехать в Петроград для переговоров с военным и морс-
ким министром А.И.Гучковым из созданного Временного прави-
тельства под председательством князя Г.Е.Львова.

Недоумевая, Антон Иванович быстро собрался, сел на по-
езд этой же ночью.В Киеве он услыхал на платформе звонкий
крик мальчишки-газетчика:

- Последние новости!Назначение Деникина начальником
штаба Верховного главнокомандующего!

Генерал оторопел, схватил газетку, но мало что понял из
коротенькой заметки под рубрикой "Вести и слухи".В Петрогра-
де прямо с поезда Деникин направился к Гучкову.

О Гучкове Деникин, как и все, много слышал, но лично
никогда с ним не встречался.Генерал, несколько растерянный с
Киева, внимательно слушал доводы военного министра.Гучков
начал, что Верховным главнокомандующим назначен Алексе-
ев.Объяснил: были разногласия у Временного правительства с
Временным комитетом Думы насчет этого назначения, Родзянко
выдвигал Верховным Брусилова.Не устраивал некоторых Алексеев
своим мягким характером.

Гучков значительно повысил голос:

- Новое правительство решило подпереть Верховного глав-
нокомандующего Алексеева боевым генералом в роли начальника
штаба.Так выбор пал на вас.

Из следующего Деникин понял, что Алексеев не захотел
навязанного начштаба, и Гучков настоял на этом ультиматив-
но.

В сложную ситуацию Антон Иванович попал, поэтому сразу
не согласился на новый, пусть и головокружительный пост.Вы-
говорил у напористого Гучкова право встретиться с Алексеевым
и обсудить это.

По дороге к Алексееву в Ставку Деникин взволнованно
раздумывал.Его подавили открывшиеся широчайшие перспективы и
огромная ответственность.С вопросами политики, государствен-
ной обороны и администрации в масштабе страны он никогда не
сталкивался...

Причем, войну прошел на любимой боевой работе, а тут -
снова штаб, из которых всю службу ускользал, хотя и верхов-
ный.Он понимал, что выбран не случайно - из-за левых взгля-
дов.Что ж, и правда: осуждал старый режим, революцию принял
всецело и безоговорочно.Льстило, что оценили его блестящую
боевую репутацию, решили "подпереть" "старика" деникинской
доблестью, твердостью, находчивостью.

Деникин не ошибался, Гучков потому и отстоял его, что
по деникинским публикациям в печати хорошо знал этого крити-
ка военной бюрократии и устаревших устоев.Наверняка, много
говорил Гучкову о "младотурецки" настроенном Деникине и их
общий близкий приятель Лукомский, который переписывался с
Антоном Ивановичем.Новым правителям Деникин подходил и тем
же, чем Алексеев, - оба были из "простых", сыновья офицеров,
выслужившихся из солдат.Позже этим же пригодится и Корнилов,
отец которого вышел в хорунжии из простого казака.Буржуаз-
но-либеральное Временное правительство заигрывало с Советом
рабочих и солдатских депутатов, пока совсем не заигралось.

В связи с этим "временные" рассчитывали и на то, что
"февралист" Деникин поддастся "демократизации" армии, идеи
чего столь проступали в его статьях.Назначая, надеялись:
начштаба Ставки будет в ней их верным союзником, подопрет
как надо.Не могли предположить, что "фельдфебельская" жилка
сугубо военной косточки Деникина на деле отторгается от лю-
бой армейской демократии.Такой же закалки были и февралисты
Алексеев и Корнилов, что и обеспечит в конце концов высоко
поднятое Деникиным знамя Белой гвардии.

Могилев, где была Ставка, лежал тихим губернским город-
ком по обоим холмистым берегам Днепра.Тишина и название его
довольно зловеще происходили от массы окружающих могил, кур-
ганов, в раскопках которых отрывали и древние арабские моне-
ты.Все не случайно в этом мире: на кладбищенских просторах в
доме местного губернатора находилась последняя резиденция
императора - Верховного главкома.Теперь в этот дом перебрал-
ся Алексеев с адъютантами, секретарями и штабом, который
возглавлять Деникину.

Алексеев принял Антона Ивановича натянуто, в разговоре
сразу проступило недовольство нового Верховного.Деникин со
всем душой, теплотой относился к нему, начиная с академичес-
кой скамьи, где с большим удовольствием слушал лекции про-
фессора Алексеева.

Антон Иванович искренне объяснил, что штабная работа
его не увлекает, и он опасается не справиться с таким огром-
ным объемом задач, беспокоят и обстоятельства этого назначе-
ния.Заявил:

- Без вашего чистосердечного согласия и одобрения счи-
таю невозможным для себя принять новую должность.

"Генерал в калошах" помялся.

- Ну что ж, раз приказано...

Деникин вспылил, натуре его претила такая постановка
вопроса.

- Дабы оградить вас от дальнейших трений с Петроградом,
я сообщу Гучкову, что отказ от должности явился моим само-
личным решением.

Не зря на новом верху опасались за мягкий алксеевский
характер, главком засуетился.Заговорил порывисто:

- Будем работать вместе, я помогу вам.Наконец, ничто не
помешает месяца через два, если почувствуете, что дело не
нравится, уйти в первую открывающуюся армию.

Началась работа, начштаба Верховного генерал Деникин
так окунулся в нее, что стал трудиться по семнадцать часов в
сутки.Размах был необычайный: изучение вопросов, возникавших
в буре политики, военного дела, экономики; разработка планов
текущих военных действий; обобщение реляций и составление
своих докладов.Требовалось участвовать в массе встреч, прие-
мов, несметные посетители одолевали деникинский кабинет.Вол-
ны челобитчиков, перетасованных революцией, кого только не
выплескивали: военных, штатских, представителей растущих как
грибы новых учреждений, дельцов, авантюристов, проходимцев.

Сразу сказалась черта Алексеева все делать (а значит и
контролировать) самому.Он не допускал сотрудников до злобод-
невных проблем, стратегические директивы тоже сам опереде-
лял, в общем, более-менее важные вопросы решал единолич-
но.Деникин привык работать самостоятельно и откровенно выс-
казался Верховному на этот счет.Алексеев изобразил искреннее
удивление:

- Разве я не предоставляю вам самого широкого участия в
работе, что вы, Антон Иванович!

Деникин не стал спорить, гораздо больше его волновало
поведение военного министра Гучкова, всего правительства.Из
него валили военные реформы по ненавистной Деникину установ-
ке: "демократизация армии".Приказ номер 1 Петроградского Со-
вета словно б распечатал канализацию, из которой хлынула во-
нючая муть, подрывающая воинские устои, гробящая дисципли-
ну.Хлестало необдуманно, скороспело и, главное, без всякого
учета мнения Ставки.Генерал видел, что когда-то ключевую по
военному делу Ставку превратили в придаток военного минис-
терства с совершенно безаппеляционным Гучковым.

Антон Иванович, разобравшись с данной диспозицией неде-
ли за три, начал вставать на дыбы перед петроградскими са-
мостийниками.Он пошел в открытую против действий новой влас-
ти, разлагающих армию.Интригам Деникин всегда был чужд, ру-
бил с плеча.Это оценил Алексеев, увидел также, что необлас-
канный им начштаба верно прикрывает и его по всем фрон-
там."Калошный" генерал сначала удивился, а потом восхитился
гражданским мужеством огнеуопрного во всех отношениях Дени-
кина.Они подружились.Антон Иванович вспоминал:

"Со временем я установил с генералом Алексеевым отноше-
ния, полные внутренней теплоты и доверия, которые не преры-
вались до самой его смерти".

Чистосердечный Деникин идеализировал Алексеева.И когда
Верховный поведал ему о заговорщиках конца 1916 - начала
1917 годов, от которых он якобы отделался, Деникин безогово-
рочно поверил.Алексеев изложил ему, что приступили к нему те
люди в Крыму, где он лечился до начала революции, о чем Ан-
тон Иванович потом написал:

"Они совершенно откровенно заявили, что назревает пере-
ворот...Просили совета.Алексеев в самой категорической форме
указал на недопустимость каких бы то ни было государственных
потрясений во время войны, на смертельную угрозу фронту, ко-
торый, по его пессимистическому определению, и так не слиш-
ком твердо держится, и просил во имя сохранения армии не де-
лать этого шага.Представители уехали, обещав принять меры к
предотвращению переворота".

К началу апреля 1917 года вооруженные силы были "окку-
пированы" комитетами, советами, всякого рода солдатскими ор-
ганизациями.Они лезли во все зазоры армейской жизни, сея
вражду между офицерами и солдатами.Дошло до того, что коми-
тетчики получили право смещать неугодных им офицеров и ста-
вить "подходящих".

Деникин видел, что правительство превратило армию в
арену политической борьбы, невзирая на войну.Его возмущение
достигло предела:

"Итак, в русской армии вместо одной появилось три раз-
нородные, взаимно исключающие друг друга власти: командир,
комитет, комиссар.Три власти призрачные.А над ними тяготела,
над ними духовно давила своей безумной, мрачной тяжестью -
власть толпы".

(Продолжение книги следует)

Эта статья опубликована на сайте МЕЧ и ТРОСТЬ
  http://archive.archive.apologetika.eu/

URL этой статьи:
  http://archive.archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=475

Ссылки в этой статье
  [1] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=563
  [2] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=346
  [3] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=351
  [4] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=359
  [5] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=361&mode=thread&order=0&thold=0
  [6] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&sid=375&file=article&pageid=1
  [7] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=386&mode=thread&order=0&thold=0
  [8] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=394&mode=thread&order=0&thold=0
  [9] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=405&mode=thread&order=0&thold=0
  [10] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=418&mode=thread&order=0&thold=0
  [11] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=436&mode=thread&order=0&thold=0
  [12] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=451&mode=thread&order=0&thold=0
  [13] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=182&mode=thread&order=0&thold=0
  [14] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=183&mode=thread&order=0&thold=0
  [15] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=187&mode=thread&order=0&thold=0
  [16] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=204&mode=thread&order=0&thold=0
  [17] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=205&mode=thread&order=0&thold=0
  [18] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=207&mode=thread&order=0&thold=0