МЕЧ и ТРОСТЬ

В.Г.Черкасов - Георгиевский. Книга “Генерал П.Н.Врангель”. Документальное жизнеописание. Часть восьмая. Глава 2, финальная.

Статьи / Белое Дело
Послано Admin 13 Июн, 2007 г. - 13:16

ОБЩЕЕ ОГЛАВЛЕНИЕ КНИГИ [1]

Часть восьмая (1920 –– 1922). ГАЛЛИПОЛИЙСКИЙ КРЕСТ
Казачьи станицы. Переезд в Болгарию и Сербию. Супруга Главнокомандующего баронесса О. М. Врангель.


ПРОДОЛЖЕНИЕ публикации полного текста книги 'Генерал П.Н.Врангель - последний рыцарь Российской Империи'. М.: Центрполиграф, 2004. НАЧАЛО: Часть первая (1878 -- 1901). ИСТОКИ РОДА И СЕМЬИ. Глава 1: 'Дворянин шпаги'. Заграничные Врангели. [2] Глава 2: Русские Врангели. Дед, отец. [3] Глава 3: Детство и юность Петра Врангеля. Студент Горного института. [4] Часть вторая (1901 -- 1906). НА ВОЙНЕ СРЕДИ КАЗАКОВ. Глава 1: Лейб-Гвардии Конный полк. Иркутский чиновник. Русско-японская война. [5] Глава 2: Русско-японская война. [6] Глава 3: Сражение при Шахэ. В дивизионе разведчиков. [7] Часть третья (1906 –– 1914). ЭСКАДРОН ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА. Глава 1: В Северном отряде Свиты Его Величества. Поручик Лейб-Гвардии Конного полка. [8] Глава 2: Отец и брат конногвардейца П.Врангеля. Академия Генштаба. [9] Глава 3, финальная: Венчание с фрейлиной Ольгой Иваненко. Офицерская Кавалерийская школа. Эскадрон Государя. [10] Часть восьмая (1920 –– 1922). ГАЛЛИПОЛИЙСКИЙ КРЕСТ. Глава 1: В советском Крыму. Дислокация Русской Армии и Белого Флота: африканская Бизерта, турецкие Галлиполи, Чаталджа, Чилингир, Лемнос. [11]

+ + +
Донской корпус генерала Ф. Ф. Абрамова разместили в нескольких лагерях окрестностей Константинополя, где самыми большими стали Чаталджа и Чилингир. В корпус входили: 1-я Донская казачья дивизия, 1-й Донской Лейб-Гвардии Сводно-казачий полк, 2-й Донской казачий полк, 3-й Донской казачий атамана Каледина полк, 4-й Донской казачий атамана Назарова полк, 5-й Донской казачий атамана Платова полк, 6-й Донской казачий атамана Ермака полк, Терско-Астраханский казачий полк, 1-й Донской казачий артиллерийский дивизион, 2-я Донская казачья дивизия, 7-й Донской казачий полк, 8-й Донской казачий полк, 9-й Донской Гундоровский Георгиевский казачий полк, 10-й Донской казачий полк, 18-й Донской казачий полк, Дзюнгарский калмыцкий полк, 2-й Донской казачий артиллерийский дивизион и Донской технический полк, –– числом более 14 тысяч бойцов на декабрь 1920 г.

Казачьи части с Кубани были сведены в Кубанский корпус генерала М. А. Фостикова, который был размещен на острове Лемнос. Этот корпус состоял из следующих войск: 21-я Кубанская конная дивизия (1-й Кубанский конный полк, 2-й Кубанский конный полк, 3-й Кубанский конный полк, Горский конный дивизион, 1-й Конно-артиллерийский дивизион), 2-я Кубанская стрелковая дивизия (4-й Кубанский стрелковый полк, 5-й Кубанский стрелковый полк, 6-й Кубанский стрелковый полк, Гвардейский дивизион, 2-й артиллерийский дивизион) и Кубанский технический полк. В декабре 1920 г. численность корпуса составляла около 16 тысяч казаков.

Лемносская жизнь оказалась еще труднее галлиполийской и быта в лагерях донцов. Окруженность острова морем превратила кубанский лагерь в водяную тюрьму, где казачьи палатки были разбиты прямо в грязи. Здесь вставали по-походному в 5 часов утра. Едва ли не в пытку превращался для казаков утренний осмотр, поскольку во «французском тряпье», как называли они выдаваемую союзниками форму, трудно было выглядеть лихо и молодцевато в их, так сказать, джигитском понимании. Затем шла строевая подготовка; завтрак, начинавшийся еще позже, состоял из порции в ложку, зачерпнутую из тех или иных консервов, и ста грамм хлеба. Отсутствие на Лемносе бань, нехватка белья, питания и медикаментов здесь чаще вызывали эпидемии.

Для борьбы с заразой во всех лагерях Русской Армии разместили санитарные учреждения, где стали прививать против оспы и тифа. В Чаталдже, где была вспышка холеры, –– и против нее. Со временем везде появились бани и дезинфекционные камеры. Все эти меры позволили до весны 1921 г. остановить массовые болезни.

Однако и в связи с такими невзгодами «новоселья» донцы и кубанцы, в отличие от офицеров 1-го Армейского корпуса, активнее стремились покинуть лагеря и перейти на беженское положение. А несколько тысяч казаков вернулось в Советскую Россию. О том, как расплатились за это те, кто уплыл на корабле «Решид-паша», узнали после того, как пароход вернулся, из нацарапанной надписи в трюме:

«Друзья! Из 3500 казаков, прибывших в Одессу, 500 были расстреляны на месте, остальных отправили в лагеря и на каторгу. Казак Мороз из станицы Гнутовск, я не знаю, что меня ждет».

Осенью 1921 г. бывший Донской атаман генерал П. Н. Краснов обратился к казакам-беженцам с призывом организовать станицы и хутора с названиями, соответствующими месту жительства. Казакам понравилось возрождение их привычной организации, но теперешний Донской атаман генерал А. П. Богаевский, соперничая с Красновым, поначалу не поддержал идею. Однако, увидев, что казаки, прежде всего в Королевстве сербов, хорватов и словенцев (СХС, позже –– Югославия), дружно переименовывают свои колонии в хутора и станицы, выбирают атаманов, в декабре 1921 г. утвердил это. Было также разрешено принимать в сии «донские» хутора и станицы кубанцев, терцев и астраханцев.

В марте 1922 г. атаман Богаевский ввел «Положение об управлении станицами и хуторами за границей», определявшее их принципы существования. На станичные правления возлагались регистрация и учет всех казаков, организация бюро труда и касс взаимопомощи, оказание юридической и медицинской помощи, защита инвалидов, одиноких женщин и безработных, сбор сведений о могилах казаков, осведомление хуторян и станичников о событиях на Дону, в России и в эмиграции. В станицах организовывались суды, но для поддержания порядка станичным атаманам предписывалось обращаться к местным властям. Каждый имел право состоять только в одной станице; при перемене места жительства он мог приписаться к другой, лишь предъявив от своего станичного правления удостоверение, что к этому нет препятствий.

Штаб генерала П. Н. Врангеля и казачье командование организовали в хуторах и станицах военные ячейки, чтобы казаки не теряли связи с частями Русской Армии.

Хозяйственные казаки в погоне за заработком бойко перемещались, распыляя военные части, и Богаевский прикладывал много сил, чтобы организовать строгий учет станичников атаманами. Он плодотворно пытался сохранить воинскую силу казаков, хотя и покинувших свои подразделения, но сплоченных в чисто казачьи организации.

За счет такой вертикали генерал Врангель в 1922 –– 1923 гг. на Балканах руководил офицерскими кадрами казачьих частей, атаманами, которые командовали рядовыми, находившимися в каких-нибудь Софийской, Бургасской станицах. Все станицы подчинялись «Объединенному совету Дона, Кубани и Терека» и «Казачьему союзу», которые возглавлялись атаманом генералом Богаевским. К февралю 1922 г. было создано 30 станиц: в Болгарии –– 18, в Сербии –– 4, в Греции –– 4, в Румынии –– 2, в Венгрии –– 1, в Тунисе –– 1.

В 1924 г. в состав «Комитета казачьих организаций», созданного в Париже, войдет уже 64 станицы: во Франции –– 31, в Болгарии –– 12, в Сербии –– 10, в Чехословакии –– 6, в Румынии –– 1, в Венгрии –– 1, в Польше –– 2 и в Германии –– 1.

В Королевстве СХС и Болгарии казаки особенно блюли старинный уклад жизни с выборными атаманами и правлением. Они регулярно устраивали в Белграде и Софии казачьи съезды, на которых выбирали общественное казачье представительство. В Югославии в конце 1920-х годов будет 17 станиц и хуторов.

Одной из самых крупных была Белградская общеказачья станица имени генерала П. Н. Краснова, основанная в декабре 1921 г. и насчитывавшая 200 человек. Долгое время ее атаманом состоял подъесаул Н. С. Сазанкин. Потом ушедшие из станицы терцы образуют свою станицу Терскую. Оставшиеся казаки вступят в созданный генералом Врангелем в Русский Обще-Воинский Союз (РОВС) и получат представительство в «Совете военных организаций» IV отдела, где новый атаман генерал Марков будет иметь одинаковое с другими членами совета право голоса.

В Болгарии к концу 1920-х годов останется около десяти станиц. Одной из самых многочисленных была Калединская в Анхиало (атаман –– полковник М. И. Караваев), образованная в 1921 г. из ста тридцати казаков. Бургасская станица основана в 1922 г. двумя сотнями воинов.

Большинство здешних станичников трудилось на виноградниках и в торговле. Некоторым, например, из Азовско-Монастырской станицы (атаман –– П. А. Черевков) в Свинцовском районе, удавалось через посредников-болгар брать землю в аренду. Общественная казачья жизнь в Болгарии была весома в помощи нуждающимся и инвалидам, отлично проводились военные и традиционные праздники.

Широкой известностью пользовалась созданная в столице Чехословакии Пражская общеказачья станица (атаман –– подъесаул С. А. Ребов). В ней даже к концу 1920-х годов насчитывалось 35 донских казаков, из которых было 2 офицера; 7 кубанцев, из которых –– 5 офицеров; и двое терцев. На собиравшиеся в казну деньги безработным казакам станица выдавала бесплатные обеды, обувь и одежду, предоставляла ночлег и помогала в трудоустройстве.

Существовала и в Будапеште небольшая Венгерская общеказачья станица под командой атамана полковника Ершов, потом –– Звездина.

В Греции, в Пирее под руководством есаула М. А. Голубова была создана Пирейская станица. А вообще в этой стране многие казаки, изучив язык, ремесла и организовав собственные фирмы, разъехались по всем ее уголкам. Офицеры устроились инженерами, механиками, чертежниками, землемерами, врачами, а рядовые занимались в основном торговлей и служили инструкторами верховой езды в греческой армии.

С 1921 г. в тунисском порту Бизерте у последней стоянки Белого Флота в лагере Падор расположилась Африканская станица с атаманом полковником Пухлатовым.

Хутор атамана подхорунжего Мохова из семерых казаков с 1926 г. и до начала 1930-х годов будет жить себе и затягивать по праздникам родимые песни в Люксембурге. Хуторяне будут трудиться на фабрике печей и заведут надежную касса взаимопомощи, на средства из которой станут обучать казачат в люксембургских школах.

+ + +
Бывшие союзники белых вскоре примирились с существованием Советской России, врангелевская армия, кроме неудобства, ничего им не доставляла. Стали тяготиться этими проблемами и наиболее дружественные Русской Армии французы. Генерал Врангель, разуверившись в их поддержке, начал с конца 1921 года устраивать своих солдат, казаков, офицеров в более родственных по духу славянских странах Сербии и Болгарии, где их приняли на жительство.

Всесторонняя стойкость Белого барона, своей судьбой прекрасно исповедующего родовой девиз Врангелей: «Погибаю, но не сдаюсь!» –– не давала покоя красным еще на Гражданской войне, когда за ним персонально охотились. Один из случаев в 1920 году Петр Николаевич сам описал по старому стилю:

«20-го сентября я выезжал на несколько часов в Мелитополь, где имел совещание с командующими армиями генералами Кутеповым и Драценко. Подготовка заднепровской операции была закончена и начало операции было намечено на 25-ое сентября.

На возвратном пути я едва не сделался жертвой покушения. За четверть часа до прохода моего поезда был случайно обнаружен заложенный под железнодорожным полотном фугас.

Крестьянин, косивший траву вблизи железнодорожного полотна, заметил электрический провод. Он успел дать знать в железнодорожную будку, и поезд был задержан на ближайшей станции. Вызванная саперная команда обнаружила фугас огромной силы. Успей злоумышленники своевременно его взорвать, от поезда едва ли что-либо осталось. К сожалению, злоумышленники скрылись. Энергично проведенное расследование установило причастность к преступлению некоего Бориса Викентьевича Стефановича-Стивенсона, который был задержан, однако через несколько дней бежал из тюрьмы».

15 октября 1921 года на Главнокомандующего П. Н. Врангеля, проживавшего на борту стоявшей на рейде Босфора яхты российского посольства «Лукулл», где был штаб армии, было совершено очередное покушение. По счастью, в этот день в шестом часу вечера барон вместе с женой и его личным секретарем Н. М. Котляревским сошли на берег. В это время итальянский фрегат «Адрия», пришедший из советского Батуми, вдруг резко изменил курс –– протаранил врангелевскую яхту точно посередине, где была каюта Врангеля! «Лукулл» в течение двух минут затонул со всем имуществом. Погиб стоявший на вахте лейтенант Сапунов, кок в камбузе и несколько матросов.

(Продолжение на следующих стр.)

Врангель с женой вынужден был перебраться в российское посольство. Теперь генерал, «обычным» чудом спасшийся от гибели, лишился свободы передвижения, потому что французы не дали главкому транспорта, а посольские его больше не имели.

В это время командир 1-го Армейского корпуса, чернобородый, с подкрученными усами генерал-от-инфантерии А. П. Кутепов щеголял в форме 2-го Офицерского стрелкового генерала Дроздовского полка, в которой он изображен на своей самой, наверное, известной поясной фотографии, в левом нижнем углу которой каллиграфическая надпись: «Ген. А. Кутеповъ». На его груди вверху кармана видны слева направо орден Св. Георгия 4-й степени, орден Святителя Николая Чудотворца и знак 1-го Кубанского –– Ледяного похода. В центре кармана ниже –– крест Галлиполийского знака. Фуражка на Александре Павловиче с малиновой тульей, белым околышем с черными выпушками; погон –– малиновый с белой выпушкой, золотой литерой «Д» и вышитыми черной нитью генеральскими зигзагами.

В конце декабря 1921 года генерал Кутепов вместе с частями своего неразлучного 1-го Армейского корпуса из Галлиполи перебрался в Болгарию. Сильным ударом по врангелевской армии явилась начавшаяся в апреле 1922 года Генуэзская конференция, на которой западные страны сговаривались о партнерстве с Советской Россией. Бывшие союзники в очередной раз решили пожертвовать белыми в угоду своей общеевропейской политики. Нажим Франции и Англии увенчался тем, что врангелевским частям в Королевстве сербов, хорватов и словенцев запретили именоваться «армией», низведя их до уровня обычных эмигрантских организаций.

Взялись за Белую Гвардию и в Болгарии. Генерал Кутепов получил указание властей, что его подчиненные отныне не являются боевыми войсками и должны разоружиться. Врангелю въезд в Болгарию запретили. В это время в стране царила сложная политическая борьба, в которой коммунисты, готовившие свое вооруженное выступление, пугали общественность правым переворотом, ударной силой которого вполне мог быть белый корпус монархиста Кутепова. А тут еще в дело вмешался знаменитный авантюрист, бывший военный министр Временного правительства России А. И. Гучков.

В августе 1920 г. Гучков побывал в Крыму у генерала Врангеля, и между ними установилось полное взаимопонимание, потому что Белый барон в то время громогласно заявлял:

«Когда опасный для всех призрак большевизма исчезнет, тогда народная мудрость найдет ту политическую равнодействующую, которая удовлетворит все круги населения. Пока же борьба не окончена, все партии должны объединиться в одну, делая внепартийную деловую работу. Значительно упрощенный аппарат управления мною строится не из людей какой-либо партии, а из людей дела. Для меня нет ни монархистов, ни республиканцев, а есть лишь люди знания и труда. На той же точке зрения я стою в отношении к вопросу о так называемой «ориентации». «С кем хочешь –– но за Россию», –– вот мой лозунг».

Врангель считал Гучкова одним из самых «серьезных» русских политиков в эмиграции. В феврале 1921 г. в письме Врангелю тот сообщил, что он и другие бывшие члены Государственного совета и депутаты Государственной думы решили создать в Париже Русский парламентский комитет для защиты «русского дела» перед правительствами западноевропейских стран. И такие комитеты появились в Берлине, Константинополе, Лондоне. Гучков вторил крымскому кредо Врангеля, сообщая, что в них вошли люди, «которых многое разделяло в прошлом, которые и в будущем разойдутся в своих путях, но которых на данный момент сковала горячая любовь к Родине».

В 1921 –– 1923 годах Гучков являлся председателем Русского парламентского комитета. В январе 1922 г. Врангель предложил Гучкову мобилизовать эмигрантские силы, главным образом торгово-промышленные и банковские круги, на срыв намеченных в Генуе экономических переговоров с Советской Россией. Но эта затея не удалась из-за серьезных разногласий в среде белоэмиграции.

В конце 1922 г. Гучков и «подталкивал» государственный переворот в Болгарии, утверждая, что это единственное средство устойчивости здесь корпуса Кутепова. Он имел в виду то, что кутеповцы, численно превосходившие вооруженные силы самой Болгарии, серьезная опасность для правительства А. Стамболийского, сформированного в основном из членов Болгарского земледельческого народного союза.

В результате провокаций левых сил болгарское правительство начало акции против частей Русской Армии. Полиция совершила внезапный налет на контрразведку генерала Кутепова, арестовав ее начальника полковника Самохвалова. При обыске обнаружили ряд документов, компрометирующих русских: сведения о болгарской армии, разведданные другого военного характера. К этому подбросили фальшивки, чтобы создать картину готовящегося кутеповцами государственного переворота.

Одновременно полицейские начали обыски в Русской военной миссии и хотели захватить квартиру А. П. Кутепова в расположении русских подразделений. Конвойцы командира корпуса немедленно выдвинулись с винтовками и пулеметами, собираясь дать бой. Кутепов приказал им сложить оружие. Начальник штаба болгарской армии Топалджиков по телефону пригласил Александра Павловича для переговоров в Софию, гарантируя ему возвращение.

Однако в Софии генерал Кутепов был арестован, и в мае 1922 года за «антиправительственную деятельность» вместе с генералами Шатиловым, Поповым, Вязьмитиновым и группой старших офицеров корпуса выслан из Болгарии.

+ + +
В 1922 году генерал Врангель со своим штабом переехал из Константинополя в Сербию, в город Сремски Карловцы, где с июля 1921 года Высшее Церковное Управление Юга России, образованное летом 1919 года в белом Ставрополе, закладывало основы Русской Православной Церкви Заграницей. Этому активно содействовали врангелевские представители.

В «Положении о созыве Заграничного Собора Русских Церквей», утверждённом ВЦУ 12/25 июля 1921 г., говорилось:

«В состав Собрания входят в качестве членов представители всех заграничных автономных Церквей, епархий, округов и миссий, пребывающих в подчинении святейшему Патриарху Всероссийскому».

И далее:

«Выборы в Собрание производятся по следующим 15 округам и 15 районам. Округи: Сев. Америка, Япония, Китай, Финляндия, Эстляндия, Латвия, Литва, Польша, Германия, Франция, Италия, Сербия, Болгария, Турция и Дальний Восток. Районы: Швеция, Дания, Нидерланды, Бельгия, Испания, Англия, Швейцария, Чехия, Венгрия, Австрия, Румыния, Палестина, Александрия, Греция, Африка».

Соответственно, с 21 ноября по 3 декабря 1921 г. в Сремских Карловцах состоялся «Всезаграничный Русский Церковный Собор». На него было приглашено 155 человек, за редкими исключениями все приехавшие. Почётным председателем Собора был избран патриарх Сербский Димитрий. Среди почётных членов были: председатель Совета Министров Югославии Пашич, Главнокомандующий Русской Армией генерал барон Врангель и другие. Председателем Собора был председатель ВЦУ митрополит Антоний (Храповицкий)».

На заседании 13/26 ноября 1921 г. архиепископ Анастасий, говоря о голоде в Поволжье, заявил:

–– Позволю себе остановить Ваше внимание на вопросе о том, как помочь голодающему населению, нашим страждущим братьям в России. Просить, убеждать палачей оставить, прекратить мучения –– это всё равно, что желать, чтобы тигр выпустил из зубов свою жертву; обращаться с пожеланиями к самому страждущему населению, конечно, бесполезно; но у нас есть одно средство –– обратиться с воззванием ко всему миру; он не должен допустить вымирания русского народа. Конечно, мы не можем сказать красноречивее того, что сказал патриарх Тихон в своём Послании, но мы должны и можем сказать сильнее то, чего не мог сказать он в своём положении: мы должны сказать, что бедствия, переживаемые русским народом, есть результат дикого, развратного, кровавого режима палачей России; англичане, например, уже узнали, что такое большевизм; Вашингтонская Конференция стремится к миру, но этого мира не будет до тех пор, пока не придёт к миру Россия. Если бы мы были в состоянии, мы должны были бы разослать всюду миссии, которые, подобно Петру Амьенскому, обошли бы весь свет, открывая ему глаза на русские дела… Некоторые склонны идти на примирение с большевиками или по мягкосердию, или из карьеры, но мы должны решительно сказать: нон поссумус (не можем). Никто из нас не имеет права переступить порог советский для союза, ибо это уже не союз, а вражда против Бога. Мы должны противодействовать этому соблазну. Должны также установить моления в церквах за всех погибших за Веру, Царя и Отечество, начиная с Царя-Мученика Николая II и замученных святителей.

Среди документов Собора особенное значение имели «Послание чадам Русской Православной Церкви, в рассеянии и изгнании сущим» и Послание к мировой Конференции» (Генуэзской). Этот Собор, ставший называться «Карловацким», вызвал огромное озлобление среди большевиков, особенно из-за послания к Генуэзской конференции. От патриарха Тихона они потребовали репрессий против заграничной Русской Церкви. Надеясь уступкой добиться ослабления гонений против всей Русской Церкви на Родине, патриарх Тихон издал 22 апреля/5 мая 1922 г. указ о закрытии ВЦУ Заграницей.

На следующий день после подписания этого указа Патриарх Тихон был арестован и 3/16 мая 1922 г., ввиду своего ареста, на основании постановления № 362 от 7/20 но-ября 1920 г., передал «всю полноту власти» митрополиту Агафангелу, который посланием от 5/18 июня 1922 г. попросил всех епархиальных архиереев «управлять епархиями самостоятельно, в соответствии с тем же постановлением Патриарха Тихона от 7/20 ноября 1920 г.».

В ответ на все эти происшествия, 31 августа/13 сентября 1922 г. заграничные архиереи постановили:

«Во исполнение Указа Патриарха и его Синода и Совета –– Высшее Церковное Управление упразднить. На основании же постановления Патриарха и тех же органов управления при нём от 7(20) ноября 1920 г. за № 362 образовать Временный Священный Архиерейский Синод Русской Православной Церкви Заграницей». На это ни патриарх, ни органы его управления, не реагировали, признав каноничность этого поступка. С момента его образования, Архиерейский Синод РПЦЗ развил успешную деятельность по объединению церквей по всему миру. Вскоре подавляющая часть русских приходов в разных частях света вошла в РПЦЗ.

Ноябрь 1920 года был самым крупным исходом русских в эмиграцию и по количеству гражданских беженцев из Крыма вместе с Русской Армией генерала барона П. Н. Врангеля. Как выяснилось по прибытии в Константинополь, общее число эвакуированных из Крыма было около 120 тысяч человек, из которых около половины составляли военнослужащие. Больных и раненых было вывезено до 7 тысяч человек. Кроме того, в связи с тяжелыми условиями эвакуации и длительной стоянки судов в бухте Моде, появилось много новых заболевших. Для больничной помощи больным и раненым французским военным командованием было сформировано 6 866 мест. Англичане представили 100 мест, американцы –– 120.

Жизнь беженцев зачастую сводилась к продаже личного имущества и поискам работы, денег, пропитания и жилья. За кусок хлеба соглашались на любую работу, привыкли постоянно беспокоиться за завтрашний день. Здесь особое значение приобрела деятельность учреждений Императорского Российского Общества Красного Креста (РОКК), основанного в 1856 г., по оказанию медицинской помощи, организации питания и раздачи одежды нуждающимся. Непосредственно русскому Красному Кресту принадлежали госпитали Святого Николая на территории российского посольства: 180 коек в пяти отделениях, –– и Ильдиз –– на 300 коек. Действовали приемные покои РОКК в лагерях Тузла, Буюк-Дере, на острове Халки, амбулатории в Константинополе, санатории на берегу Босфора, детский пансион-санаторий в Бебеке. Этот санаторий выхаживал детей грудного возраста, родившихся в тяжелейших условиях эмиграции или брошенных своими родителями.

Говоря о деятельности РОКК, медиков Русской Армии, нельзя обойти молчанием ее выдающуюся подвижницу милосердия, супругу Главнокомандующего баронессу Ольгу Михайловну фон Врангель. Вот что о матери в этом плане рассказывает ее младший сын Алексей Петрович в своей книге «Генерал Врангель. Доверие воспоминаний»:

«Старая истина гласит, что за каждый успехом мужчины очень часто, если не всегда, стоит женщина. Черчилль многим был обязан своей жене Саре; удача отвернулась от Наполеона, когда он бросил Жозефину. Врангелю повезло: его жена всегда была рядом с ним, оставаясь незаметным и незаменимым помощником в самые тяжелые моменты этой жестокой войны.

Во время Первой мировой войны и в начале Гражданской Ольга Врангель была сестрой милосердия. В Крым она приехала из Константинополя, несмотря на запрет мужа.

В отличие от жены Деникина, которая занималась политикой и в этом качестве давала весьма неудачные советы мужу, Ольга Врангель посвятила себя заботе о раненых и помощи тысячам сирот, появившимся в результате Гражданской войны. Известный русский политический деятель Сергей Палеолог писал:

«В апреле 1921 г. я по делу приехал в Константинополь, который тогда был полон русских. Всюду, где звучала русская речь, можно было услышать: «Вы не видели Ольгу Михайловну?..»; «Ольга Михайловна поможет…»; «Ольга Михайловна напишет… скажет… достанет… придет… сделает…» И она делала: писала, хлопотала, помогала, никогда не отказывая, всегда доброжелательно, быстро и без суеты… Никто не мог с таким искренним участием поговорить с простым казаком, солдатом, офицером, ставшим инвалидом, с безутешными матерями и вдовами, как это делала она. Ее сердце было распахнуто детям, и они отвечали ей взаимностью».

Как медик она понимала всю опасность туберкулеза и необходимость санаторного лечения, на которое в пустой армейской казне не было денег. Однажды, возвращаясь из Бельгии, где она устраивала детей в школу, в Белград, Ольга сделала остановку в Париже, чтобы навестить друзей и родственников. Ее пригласил на ужин один из участников заговора против Распутина, князь Юсупов. Юсупову повезло: ему удалось вывезти из России фамильные драгоценности, и он собирался продать их в Соединенных Штатах.

«Почему бы вам не поехать в Америку? –– спросил он. –– Там у вашего мужа много друзей и сторонников, которые помогут собрать деньги на санаторий». «Легко сказать, Феликс, –– ответила Ольга. –– Я едва наскребла денег на поездку в Бельгию с детьми третьим классом, а вы говорите –– в Америку!» «Пустяки! –– сказал Юсупов. –– Я оплачу эту поездку, это будет мой вклад в дело Врангеля!»

…И Ольга плывет в Америку… Свою помощь обещала известная общественная деятельница Вандербильт. Она устроила в Нью-Йорке прием и пригласила выступить на нем Ольгу Врангель… Ольга начала. Сначала выступление продлили на полчаса, затем на час. Когда она кончила, собравшиеся долго аплодировали ей стоя…

Через день почтальон принес целую сумку писем, и в каждом был чек… 12 тысяч долларов, огромная сумма по тем временам, пошли на организацию двух санаториев –– в Болгарии и Югославии. За время существования санаториев, с 1923-го до середины 30-х гг., через них прошло несколько тысяч больных. Принимали туда всех больных с начальной формой туберкулеза, независимо от звания и происхождения. Часто одного пребывания там и хорошего питания оказывалось достаточно, чтобы остановить страшную болезнь: 32 процента больных полностью излечились; у 59, 4 процента наблюдалось значительное улучшение самочувствия, и они возвращались к полноценной жизни…

По мере улучшения условий жизни русских эмигрантов приток пациентов в госпитали сокращался, и американские фонды переключились на поддержку русских студентов, обучавшихся в университетах Бельгии, Франции и Чехословакии. Большое участие к их судьбе проявила также Бельгия, где много русских студентов окончили университеты в Лувене, Жанблу и Брюсселе, благодаря пожертвованиям американцев и неиссякаемой энергии этой женщины, изъездившей вдоль и поперек Америку и растрогавшей сердца ее граждан».

В октябре 1921 г. в Константинополе и его окрестностях, не считая военных лагерей, находилось более двух тысяч инвалидов. Из них утративших свыше 40 процентов трудоспособности было 1 400, а из числа нуждающихся в постоянном уходе –– 840 человек. Инвалидные дома Красного Креста оказывали помощь тремстам увечным. Инвалидный дом в Арнаут-Кей располагал пятью мастерскими: столярной, сапожной, портняжной, переплетной и художественной. Много внимания уделялось налаживанию бесплатного питания русских эмигрантов в столовых. Типичной была Столовая № 1 в районе Харбие: две тентовые зеленые палатки, расположенные посреди небольшого двора, огороженного высокой каменной стеной. За едой здесь постоянно стояла очередь не менее полутысячи человек. Ночью в палатках ночевали бесприютные эмигранты.

Особенно существенно помогал в спасении русских беженцев от голодной смерти Американский Красный Крест. С марта по октябрь 1921 г. американцы выдавали продукты для бесплатных столовых с небольшой доплатой за каждый приготовленный и отпущенный русским эмигрантам обед. Так Российский Красный Крест с другими общественными организациями сумел в Турции без подготовки организовать помощь нашим беженцам.

Оказавшиеся в эмиграции бывшие руководители Российского Общества Красного Креста восстановили его центральные органы. Собравшись в Париже в феврале 1921 г., члены упраздненного большевиками Главного управления РОКК постановили возобновить его деятельность на принципах Устава Общества от 17 апреля 1893 г. Помимо членов Главного управления в совещании приняли участие представители Временных управлений по делам Красного Креста, возникших в России в период Гражданской войны, –– граф П. Н. Игнатьев, Б. Е. Иваницкий, М. Л. Киндяков, А. В. Кривошеин, барон Б. Э. Нольде, М. С. Аджемов, граф Э. П. Беннигсен, Н. В. Чайковский, князь И. С. Васильчиков, А. И. Гучков, А. Д. Чеманский, В. Н. Новиков, почетный член РОКК Г. М. Кауфман-Туркестанский. Для решения текущих административно-организационных вопросов была образована Особая комиссия из девяти человек.

Из наиболее ярких высказываний Главнокомандующего Русской Армией генерала барона П. Н. фон Врангеля в 1922 году:

«Все прошлое России говорит за то, что она рано или поздно вернется к монархическому строю, но не дай Бог, если этот строй будет навязан силой штыков или белым террором… Кропотливая работа проникновения в психологию масс с чистыми, национальными лозунгами может быть выполнена при сознательном отрешении от узко партийных, а тем более классовых доктрин и [наличия] искренности в намерениях построить государство так, чтобы построенное удовлетворяло народным чаяниям».

«Армия и сейчас составлена на девяносто процентов из монархистов, но имеет перед собой одну лишь первоочередную задачу –– свержение большевицкого ига. Вопрос о форме правления является в глазах Армии вопросом первоочередной важности, притом, не подлежащим разрешению силой штыков… Я непоколебимо верю в то, что преждевременное провозглашение извне монархического лозунга наносит вред монархической идее».

(Продолжение см. Часть девятая (1922 –– 1924). РУССКИЙ ОБЩЕ-ВОИНСКИЙ СОЮЗ. Глава 1: Ближайшие сподвижники Главнокомандующего Русской Армией генерала барона П.Н.Врангеля. [12])

Эта статья опубликована на сайте МЕЧ и ТРОСТЬ
  http://archive.archive.apologetika.eu/

URL этой статьи:
  http://archive.archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=871

Ссылки в этой статье
  [1] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=877&mode=thread&order=0&thold=0
  [2] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=771
  [3] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=776
  [4] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=780
  [5] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=790
  [6] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=793
  [7] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=799&mode=thread&order=0&thold=0
  [8] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=806&mode=thread&order=0&thold=0
  [9] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=826&mode=thread&order=0&thold=0
  [10] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=830&mode=thread&order=0&thold=0
  [11] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=870&mode=thread&order=0&thold=0
  [12] http://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=874&mode=thread&order=0&thold=0